Иное моделирование (29) Нейро-эпистемология по-Коржибскому

В данном топике речь будем вести о том, что Коржибский моделировал активность человека, учитывая при этом работу человеческой нейрологии (нервной системы).

Ежели кто-то задастся вопросом "А с чего нас должно интересовать мнение Коржибского?", я отвечу - КОРЖИБСКИЙ - В ВЫСШЕЙ СТЕПЕНИ РЕФЕРЕНТНАЯ ФИГУРА для НЛП. Именно его идеи лежат в основе НЛП, и их так много, что проще (и, надеюсь, в будущем найдется свободное время для этого) перевести вступление Роберта Пулы к изданию Science and Sanity 1994 года.

А также у меня есть опыт личного общения с учеником Ричарда Бэндлера (посетившим очные курсы разных градаций), и он утверждает, что Бэндлер и его команда тренеров считают БИБЛИЯМИ НЛП две книги:

А. Коржибский - Science and Sanity (в рус. переводе есть кн. II из трех, его выполнил Олег Матвеев, на русском она называется "Наука и психическое здоровье")
Г. Бейтсон - Steps to an Ecology of Mind (в рус. переводе - "Шаги в направлении экологии разума").

На эту тему писал Метанимус в свое время:

ДВЕ БИБЛИИ НЛП

Рабочий инструмент психофизиологии обнаруживается в семантической реакции. Ее можно описать как психологическую реакцию данного индивидуума на слова, язык и другие символы и события в связи с их смыслом, и психологические реакции, которые становятся смыслами и конфигурациями отношений в тот момент, когда данный индивидуума начинает анализировать их, или кто-то другой делает это за него. Крайне важно осознать, что термин «семантический» является нон-элементалистским, поскольку он совмещает в себе как «эмоциональные»,
так и «интеллектуальные» факторы.

А. Коржибский, “Наука и психическое здоровье. Книга II”, стр. 4
http://vseslavrus.livejournal.com/78275.html

Постарался привести весь массив моих мыслей о нейрологии в работах Коржибского в компактный и удобоваримый вид. Получается так.

Тезис первый. Основополагающий.

Коржибский занимался тем, что он называл "общим человековедением". Рассматривал в качестве ограничивающего \ сдерживающего прогресс цивилизации фактора - структуру языков, на которых общаются ученые. То, что было принято в 1933 г., и во многих отраслях человеческой деятельности принято сейчас, - было основано Аристотелем добрых 2500 лет назад. Тогда это было актуально, сейчас - в виду научных открытий - совсем нет. Однако, люди продолжают пользоваться языком\-ами со структурой, которая формирует инфантильное \ незрелое мышление.

Корень многих проблем нашей цивилизации (на рассматриваемый момент) - в элементализме.

Элементализм: словесное разделение на отдельные понятия, сущности или предметы того, что невозможно разделить эмпирически или физически, например «пространство и время», «тело и ум». (Оксфордский словарь английского языка, 1989)

А. Коржибский, “Наука и психическое здоровье. Книга II”, стр. 4

Замечу: элементализм, положенный в структуру человеческого знания, - не единственный указываемый Коржибским фактор, но весьма важный.

В частности, в контексте общей семантики (ОбщС) и НЛП ЭЛЕМЕНТАЛИЗМ принимает форму РАЗДЕЛЕНИЯ ЧЕЛОВЕКА НА "УМ" И "ТЕЛО". Нон-элементализм отрицает подобное разделение, т.к. оно невозможно ни эмпирически, ни физиологически, ни еще как.

При невдумчивом изучении может показаться, что идея нон-элементализма перекликается с одной так называемой "пресуппозицией НЛП". Выглядит она так:

Сознание и тело - это две части одной кибернетической системы.

Что тут можно ответить?

1. Исходя из ее текста, все-таки выходит, что человек - это система. Ну допустим. НО: система ДЕЛИМАЯ НА ЧАСТИ. И тут повторяется сказка про белого бычка. Невозможно человека разделить на тело и сознание. Ну никак, хоть и представив их двумя "элементами". Не-элементарен в данном плане человек. Точка. И это приведенное высказывание для НЛПера будет являться препятствием.

2. Ричард Бэндлер, наиболее авторитетный в области НЛП человек, отец-основатель всего направления, в своем списке пресуппозиций НЛП это высказывание не приводит. И это является косвенным свидетельством ложности этой "пресуппозиции".

Вся книга "Наука и психическое здоровье" Коржибского рассказывает о том, как структурно устроена неаристотелева система (нового типа, которая вышла за рамки ограничений, навязанных аристотелевской логикой и его устаревшим для нашего времени мышлением).

The present work therefore formulates a system, called non-aristotelian, which is based on the complete rejection of identity and its derivatives, and shows what very simple yet powerful structural factors of sanity can be found in science. The experimental development of science and civilization invariably involves more and more refined discriminations. Each refinement means the elimination of some identifications somewhere, but many still remain in a partial and mostly unconscious form. The non-aristotelian system formulates the general problem of non-identity, and gives childishly simple non-elementalistic means for a complete and conscious elimination of identification, and other delusional or psychopathological factors in all known phases of private, national and international life.

Следовательно, настоящая работа формулирует систему, названную неаристотелевой, которая основана на полном отказе от отождествления и его производных, и показывает, какие очень простые, и вместе с тем мощные структурные факторы психического здоровья могут быть обнаружены в науке. Экспериментальное развитие науки и цивилизации неизменно включает в себя более и более тонкие различия. Каждое различие означает устранение неких отождествлений в некой области, но многие [отождествления] все еще остаются, частично и главным образом в неосознаваемой форме. Неаристотелева система формулирует общую проблему не-отождествления и дает по-детски простые не-элементарные способы для полного и сознательного устранения отождествления и других бредовых или психопатологических факторов во всех известных фазах личной, государственной и международной жизни.

A. Korzybski, Science and Sanity, p. xcvii

Как мы видим, Коржибский здесь фокусируется на стороне аспекте психического здоровья своей неаристотелевой системы. Далее, мы также видим, что он связывает:

- отождествление с бредовыми \ психопатологическими факторами;
- неотождествление с факторами психического здоровья.

Переход от отождествления к неотождествлению Коржибский прямо называет "тренировкой нервной системы":

General semantics is not any 'philosophy', or 'psychology', or 'logic' in the ordinary sence. It is a new extensional discipline which explains and trains us how to use our nervous systems most efficiently.

Общая семантика - никакая не "философия", или "психология", или "логика" в рядовом смысле. Это новая экстенсиональная дисциплина, которая объясняет и тренирует нас - как использовать наши нервные системы наиболее эффективно.

A. Korzybski, Science and Sanity, p. xxxviii

Подумал я, и понял, что вопрос поставил неверно.

"Роль нейрологии в моделировании"
Нейрология = описание работы нервной системы в терминах изоморфности.
Моделирование - чего? Коржибский моделировал:
1. нейро-эпистемологию (термин Коржибского\общесемантиков, как наши нервные системы позволяют нам знать что-то о мире);
2. патологические семантические реакции;
3. адекватные семантические реакции (т.н. "психическое здоровье").

Пункты 2 и 3 здесь являются производными от п. 1.
В текущем раскладе тема называется так: "Роль\важность описаний работы нервной системы в моделировании нейро-эпистемологии". Это ж полная нелепица, по-Расселу - "смешивание логических типов".

Поэтому планирую изменить ход работы так:
1. Название данной темы изменить на "Нейро-эпистемология по-Коржибскому"
2. Описать "карту карт" Коржибского и общие принципы ее построения.
3. (Попытаться) Найти путь разграничить моделирование чисто_ментальных алгоритмов и моделирование с задействованием нейрологии.

Подумал я, и понял, что вопрос поставил неверно. "Роль нейрологии в моделировании". Нейрология = описание работы нервной системы в терминах изоморфности. Моделирование - чего? Коржибский моделировал:

1. нейро-эпистемологию (термин Коржибского\общесемантиков, как наши нервные системы позволяют нам знать что-то о мире); 2. патологические семантические реакции; 3. адекватные семантические реакции (т.н. "психическое здоровье").

Ну, хорошо. А дальше...

Пункты 2 и 3 здесь являются производными от п. 1.

Да. п.1. более общий и включает в себя два последующих.

В текущем раскладе тема называется так: "Роль\важность описаний работы нервной системы в моделировании нейро-эпистемологии". Это ж полная нелепица, по-Расселу - "смешивание логических типов".

Хм.

Поэтому планирую изменить ход работы так:
1. Название данной темы изменить на "Нейро-эпистемология по-Коржибскому"

Ну, выглядит здорово.

2. Описать "карту карт" Коржибского и общие принципы ее построения.

Т.е. описать "моделирование Коржибского"?

3. (Попытаться) Найти путь разграничить моделирование чисто_ментальных алгоритмов и моделирование с задействованием нейрологии.

Чисто ментальные алгоритмы делаем, а "нейрология" там/потом появляется "сама по себе".

Чистое задействование нейрологии возможно только(?) с помощью невербалики. Вроде так. Хотя, что-то мне в такой формулировке не нравится.

Т.е. описать "моделирование Коржибского"?

Да, модель работы нервной системы человека по-Коржибскому.
А про ментальные алгоритмы напишу, как только опишу Структурный Дифференциал.

В своем походе против вредоносных семантических реакций Коржибский принимает следующую позицию: современная (на 1933 г.) структура языка:
- с одной стороны, не отражает уже известных научных данных о мире и организмах;
- с другой стороны, эта устаревшая структура языка навязывает древнюю модель мышления, не адекватную современным реалиям жизни (общественный, технический, политический прогресс все более ускоряется со времен Аристотеля, порождая все более абстрактный понятия и навязывая определенную скорость и темп жизни).

Коржибский пришел к такому выводу - для человеков будет здоровее, если их порядок оценки событий\объектов внешнего мира будет соответствовать тому, как они (их нервные системы) воспринимают эти события\объекты. В 1933 г. (Коржибский твердо следовал правилу датировать употребляемое научное знание) он предложил такую схему:

Как нам уже известно, мы используем один термин, скажем, «яблоко», по крайней мере для четырех совершенно разных сущностей; а именно,
(1) событие, или научный объект, или субмикроскопические физико-химические процессы,

тут понятно - яблоко как процесс изменения материи в 4 измерениях

(2) обычный объект, производимый из события нашими низшими центрами,

тоже понятно - сенсорная информация о данном объекте, видимо, поступившая в сознание

(3) психо-логическую картину, производимую высшими центрами, и

не совсем уверен в трактовке, думаю, что подразумеваются ассоциации, связанные с "яблоком" и операции, которые человек может с ним выполнить

(4) словесное определение данного термина.

тоже все ясно - словесный ярлык для данного объекта, его определение через другие абстракции

Для процессов преобразования между этими уровнями Коржибский подобрал название "абстрагирование". Соответственно, информация на уровне 2 является абстракцией от события на уровне 1, психо-логическая картина на уровне 3 является абстракцией от сенсорной информации на уровне 2, и т.д. Нервная система ("высшие нервные центры") человека не имеет ограничений на количество уровней абстрагирования:

Все научные «законы» и другие обобщения высшего порядка (даже отдельные слова) представляют собой именно такие удобные способы, и олицетворяют абстракции очень высокого порядка. Они обладают уникальной важностью, потому что они ускоряют прогресс и способствуют дальнейшему подытоживанию и абстрагированию из результатов, достигнутых другими.

А. Коржибский. Наука и психическое здоровье. Кн II. Стр. 9

Следует заметить, что Коржибский (на данном этапе, по крайней мере) не вдавался в раскрытие структуры процессов абстрагирования на каждом из приведенных уровней. Видимо, эта задача была не столь важна при формировании его нейро-эпистемологии (хотя в дальнейшем в НЛП эти процессы исследовались посредством модели репсистем и др.).

Следует обратить внимание на то, что такое использование термина «абстрагирование» отличается от старого способа его использования. Семантическое отличие состоит в объединении всех абстракций, которые выполняет наша нервная система, в одном термине, и в различении между различными абстракциями по их порядку, что является функционально и структурно оправданным.

А. Коржибский. Наука и психическое здоровье. Кн II. Стр. 11

Знакомьтесь - Структурный Дифференциал. Если по-русски, то Различитель Структуры. Сам Коржибский называл ее Антропометр, т.е. Измеритель Человекости.

Представляет собой структурную модель по-научному правильного порядка восприятия и оценивания человеком информации из внешнего мира. Модель эта существует сейчас в двухмерном виде (на фото, в блок-схемах), но как учебное пособие Коржибский рекомендовал ее в форме физического объекта, отдельно подчеркивая, что обучение должно идти по трем сенсорным каналам - визуальному, аудиальному и кинестетическому, т.е. восприниматься всей нервной системой.

Если мы возьмем что-то, что угодно, скажем, уже упоминавшийся объект под названием «карандаш», и зададимся вопросом, что он собой представляет в соответствии с наукой 1933 года, то обнаружим, что «научный объект» представляет собой «событие», безумный танец «электронов», которое в каждый новый момент отличается от предыдущего, никогда не повторяется, и, как известно, состоит из крайне сложных динамических процессов с очень тонкой структурой, которые подвержены воздействию со стороны остальной вселенной и реагируют на нее сами, неразрывно связаны со всем остальным и зависят от всего остального. Если мы спросим, сколько характеристик (многопорядковых) мы можем приписать такому событию, то единственно возможным ответом будет то, что мы должны приписать событию бесконечное число характеристик, поскольку оно представляет собой процесс, который в той или иной форме не прекращается никогда; так же как, насколько нам известно, никогда не повторяется.

На нашей диаграмме, Рис. 1, мы показали это параболой (А), предполагая, что она продолжается бесконечно, и это продолжение мы обозначили ломаной линией (В). Характеристики мы изобразили кружочками (C), количество которых, очевидно, бесконечно велико.

Под этим мы символически изобразили «объект» в виде круга (O), конечного размера. Характеристики этого объекта мы также обозначили подобными кружочками (C'). Количество характеристик, которыми обладает объект, велико, но конечно, и это обозначено конечным числом кружочков (C').

Затем мы прикрепляем к этому объекту ярлык, его название, скажем, «карандаш1», которое мы на нашей диаграмме обозначаем ярлыком (L). Ярлыкам мы тоже приписываем характеристики, и эти характеристики мы обозначаем кружочками (C'').

Количество характеристик, которые мы по определению приписываем данному ярлыку, еще
меньше, чем количество характеристик, которыми обладаем объект. Ярлыку «карандаш1» мы припишем, возможно, длину, толщину, форму, цвет, жесткость, . Но мы в большинстве случаев отбросим случайные характеристики, такие как царапина на его поверхности, или тип клея, которым соединены две деревянные половинки объективного «карандаша», . Если нам нужен объективный «карандаш» и мы идем покупать его в магазин, мы так и говорим, конкретно словами указывая только те характеристики, которые представляют для нас определенный непосредственный интерес.

Понятно, что данный объект часто представляет для нас интерес именно благодаря определенным характеристикам, непосредственно полезным или ценным. Если мы спросим, какие нейрологические процессы были вовлечены в регистрацию данного объекта, то обнаружим, что нервная система абстрагировала из бесконечного числа субмикроскопических характеристик явления большое, но конечное число макроскопических характеристик. Покупая «карандаш», мы обычно не интересуемся его запахом или вкусом. Но если бы нас интересовали данные абстракции, то мы могли бы выяснить запах и вкус нашего объекта с помощью эксперимента.

А. Коржибский. Наука и психическое здоровье. Кн II. Стр. 15

Окружающая действительность во всей своей полноте является не познаваемой человеком. Она лишь частично познаваема. Человек с помощью своих органов чувств может воспринимать лишь определенный диапазон световых волн, аккустических, определенный, превышающий пороговый, уровень воздействий на кожные и вкусовые\обонятельные рецепторы. Все остальное - мимо. Очень широкий спектр воздействий (магнитные поля, радиация и пр. ~корпускулярно-волновые) вообще органами чувств человека не регистрируется, или же регистрируются эффекты от этих воздействий (облучился гамма-волнами - ощутил эффекты лучевой болезни и т.д.).

То, что люди воспринимают - является лишь абстракциями нашей нервной системы от поступающих "сырых данных" от внешнего мира. Причем лишь от определенной выборки этих данных. Для фиксации хотя бы самого факта существования процессов в нашем мире за пределами этих заложенных в нашей физиологии границ восприятия, человеку нужны экстранейральные средства - всякие измерительные приборы, ВНЕШНИЕ по отношению к НЕРВНОЙ СИСТЕМЕ ЧЕЛОВЕКА.

На нашей диаграмме, Рис. 1, мы показали это параболой (А), предполагая, что она продолжается бесконечно, и это продолжение мы обозначили ломаной линией (В).

А - материя во всех ее измерениях, окружающая нас.
В - указывает на бесконечность ~объема этой материи.

Характеристики мы изобразили кружочками (C), количество которых, очевидно, бесконечно велико.

C - бесконечное число характеристик в континууме этой вселенской ~материи происходит из бесконечного числа систем координат, которые мы можем задать для измерения этого континуума.
Вопрос бесконечного множества возможных характеристик - это вопрос разделения фактически существующего аналогового континуума на дискретные единицы - на основании произвольного определения человеком "дискретности" этих единиц.

Человеческое тело физиологически настроено на восприятия определенного ограниченного объема данных от окружающего мира: есть порог восприятия того, что мы называем звук, длина световой волны и т.д. Интенсивность сигнала превышает или ниже пороговой - сигнал не воспринимается нервной системой.

С другой стороны, если сигнал укладывается в заданные физиологией границы - этот сигнал абстрагируется (интегрируется, воспринимается) нашей нервной системой.

Под этим мы символически изобразили «объект» в виде круга (O), конечного размера.

О - некоторый процесс во внешнем мире, который человек обобщает до "объекта". Стоит помнить, что и Солнце, и камни, и человек, и кусок стали, ржавеющей уже сотню лет, и распоследний, недавно синтезированный элемент таблицы Менделеева, просуществовавший долю секунды, - все это ПРОЦЕССЫ.

Характеристики этого объекта мы также обозначили подобными кружочками (C'). Количество характеристик, которыми обладает объект, велико, но конечно, и это обозначено конечным числом кружочков (C').

С' - это те характеристики объекта, которые готов воспринять определенный человек в силу своих видовых и физиологических ограничений. Эти ограничения и определяют "конечность числа" характеристик.

В терминах НЛП это выглядит так:

1. Человек получает от процесса во внешнем мире некий SCOPE (объем опыта, по Стиву Андреасу, см. Six Blind Elephants).

2. Данный SCOPE получается из наложения друг на друга сигналов от разных рецепторов - визуальных, слуховых, обонятельных, тактильных, и т.д. Рецепторы включены в модель РЕПРЕЗЕНТИРУЮЩИХ СИСТЕМ, соответственно, scope можно определить как совокупность репрезентаций (фотопль + изменение его во времени).

Затем мы прикрепляем к этому объекту ярлык, его название, скажем, «карандаш1»

Здесь "карандаш" - название категории объектов. Индекс "1" - указывает на конкретный объект.
На этом месте Коржибский как-то мимоходом упоминает важный этап - этап КАТЕГОРИЗАЦИИ объекта. Категоризацию можно определить как абстрагирование объекта на основании некоторых характеристик.

И люди, и животные формируют такие абстракции еще на ДОЯЗЫКОВОМ уровне. У Стива Андреаса есть замечательный пассаж на этот счет:

1. Unconscious categories
Although animals can't use language to communicate as we do, they certainly form categories. They eat certain kinds of grass, bushes, or other animals, but not others, and they don't eat rocks or dead sticks (termites excepted). For a mountain lion, the category "prey" is anything smaller than itself that runs away, and it will back away from anything larger that doesn't.

A friend of mine has a dog that was mistreated by a man when it was a puppy, and it is able to distinguish very clearly between men and women. He will approach women, wagging his tail, but will
growl, bark and retreat from a man. Since we can easily distinguish between men and women, this may seem like an easy distinction to make, but most of us find it's not easy to distinguish between a male and female dog at a small distance.

When we were small children, before we learned language, we formed categories in the same way that animals do. We noticed some scope of experience, and then noticed when something similar happened again. We grouped things and events together using some kind of observable similarity and treated them as equivalent.

1. Неосознаваемые категории
Несмотря на то, что животные не могут использовать язык для того, чтобы коммуницировать, как это делаем мы, они определенно формируют категории. Они едят определенные виды трав, кустарника или других животных, а не другие [виды], и они не едят камни или омертвевшие палки (за исключением термитов). Для горного льва в категорию "добыча" входит все, что меньше его и что убегает, и он [лев] будет убегать от всего, что больше его по габаритам и не убегает от него.

У моего друга была собака, которую обижал мужчина, когда та была щенком, и она способна очень четко различать мужчин и женщин. Она будет подходить к женщинам, виляя хвостом, и будет рычать, гавкать и отходить от мужчины. Поскольку мы можем легко отличить мужчину от женщины, нам может показаться легко - сформировать такое различие, но большинство из нас найдут не таким уж легким занятием отличить кобеля от сучки на небольшом расстоянии.

Когда мы были маленькими детьми, до того, как мы выучили язык, мы формировали категории тем же путем, которым это делают животные. Мы замечали некоторый объем опыта, затем замечали, когда что-то похожее происходило снова. Мы группировали вещи и события вместе, используя некоторый тип наблюдаемого сходства и относились к ним [к сгруппированным вещам\событиям] как к эквивалентным.

Steve Andreas, Six Blind Elephants, vol. I, p. 28

Я безмерно удивлен тем, Стив Андреас в Six Blind Elephants, активно оперируя логическими типами по-Расселу, совсем не упоминает Коржибского. Более того, Коржибского нет и в библиографии Слепых Слонов.

О работе Коржибского Андреас не может не знать. (Хотя... с трудами Лакоффа он тоже ознакомился достаточно поздно). И об отношении Бэндлера к Science and Sanity, типа одна из двух библий НЛП. Интересно, это полный игнор - или действительно незнание этой книги?

Затем мы прикрепляем к этому объекту ярлык, его название, скажем, «карандаш1», которое мы на нашей диаграмме обозначаем ярлыком (L). Ярлыкам мы тоже приписываем характеристики, и эти характеристики мы обозначаем кружочками (C'').

L - вербализация бессознательной до этого категории.
C'' - выделение характеристик из числа доступных (C') для восприятия человеку.

Количество характеристик, которые мы по определению приписываем данному ярлыку, еще
меньше, чем количество характеристик, которыми обладаем объект. Ярлыку «карандаш1» мы припишем, возможно, длину, толщину, форму, цвет, жесткость, . Но мы в большинстве случаев отбросим случайные характеристики, такие как царапина на его поверхности, или тип клея, которым соединены две деревянные половинки объективного «карандаша», . Если нам нужен объективный «карандаш» и мы идем покупать его в магазин, мы так и говорим, конкретно словами указывая только те характеристики, которые представляют для нас определенный непосредственный интерес.

Понятно, что данный объект часто представляет для нас интерес именно благодаря определенным характеристикам, непосредственно полезным или ценным. Если мы спросим, какие нейрологические процессы были вовлечены в регистрацию данного объекта, то обнаружим, что нервная система абстрагировала из бесконечного числа субмикроскопических характеристик явления большое, но конечное число макроскопических характеристик. Покупая «карандаш», мы обычно не интересуемся его запахом или вкусом. Но если бы нас интересовали данные абстракции, то мы могли бы выяснить запах и вкус нашего объекта с помощью эксперимента.
(выделение жирным - мое)

Что можно сказать о том, как человек (в правильно порядке) выявляет в данной модели характеристики объекта?
1. Сознательно.
2. Ориентируясь на интерес. Я бы взял вместо "интереса" другое слово - "цель". По тем характеристикам, которые человек сознательно выделяет в объекте, он определяет, подходит ли ему данный объект для достижения некой цели.

Замечательно, что в примере Коржибского характеристики объекта - это не какой-то ментальный продукт (абстракция от абстракции от абстракции ... n раз), а являются ДОСТУПНЫМИ в ВАКОГ, в СЕНСОРНОМ ВОСПРИЯТИИ. Это пересекается и с вездесущей идеей Эриксона "делать что-то КОНКРЕТНОЕ".

Резюмирую: исходя из строения нервной системы человека правильно при оценке некоторого объекта все нужные характеристики сводить к КОНКРЕТНЫМ ВАКОГ-данным.

1. Неосознаваемые категории
Несмотря на то, что животные не могут использовать язык для того, чтобы коммуницировать, как это делаем мы, они определенно формируют категории. Они едят определенные виды трав, кустарника или других животных, а не другие [виды], и они не едят камни или омертвевшие палки (за исключением термитов). Для горного льва в категорию "добыча" входит все, что меньше его и что убегает, и он [лев] будет убегать от всего, что больше его по габаритам и не убегает от него.

Steve Andreas, Six Blind Elephants, vol. I, p. 28

Я считаю, что при формировании такой неосознаваемой, НЕСЛОВЕСНОЙ или ДОСЛОВЕСНОЙ категоризации(когда данные от рецепторов абстрагируются до "объектов") нервными системами живых организмов преследовалась определенная цель. Она имплицитна, заложена на уровне инстинктов, но она есть. Предполагаю, что первичная цель при такой категоризации - ВЫЖИВАНИЕ.

Иными словами - существо категоризирует в своем восприятии объекты, которые можно и нельзя есть, через которые можно двигаться и нельзя двигаться, и т.д. - просто потому что нервная система данного существа ТАК НАСЛЕДСТВЕННО ОТРЕГУЛИРОВАНА, чтобы выживать.

Я помню из обсуждения в метапрактике (дискуссия шла о гриндеровском "доступе на коре головного мозга"), что вроде как Гибсон подчеркивал: преобразование человеком (здесь мы обобщаем до "живого существа") сенсорной информации от внешнего мира в "объекты" откалибровано точно под инварианты окружающего мира. А потом вроде как Хьюбелл доказал это при исследованиях нейрологии.

На наших диаграммах ярлык (L) обозначает название, которое мы приписываем объекту. Но мы также можем рассмотреть уровень первого ярлыка (L) как описательный уровень, или утверждение. Нам очень хорошо известно, что Иванов всегда может сказать что-то об утверждении (L), и это наблюдаемо. С нейрологической точки зрения это следующее утверждение (L1) об утверждении (L) является нервным откликом на предыдущее утверждение (L), которое он увидел, услышал или даже сам произвел внутри собственной кожи. Так что его утверждение (L1) о предшествовавшем утверждении (L) является новой абстракцией из предыдущей абстракции.

На моем языке я называю это абстракцией более высокого порядка. В этом случае нам помогут цифровые индексы. Если назвать уровень (L) абстракцией второго порядка, то абстракцию из этой абстракции нужно назвать абстракцией третьего порядка, (L1). Как только была произведена абстракция третьего порядка, она, в свою очередь, становится записанным фактом и потенциальным стимулом, и может абстрагироваться далее, о нем может быть сделано утверждение, которое станет абстракцией четвертого порядка (L2). У данного процесса нет никаких определенных пределов, ибо, какое бы утверждение ни делалось, и какого бы порядка оно ни было, всегда можно сделать утверждение о нем, и таким образом произвести абстракцию еще более высокого порядка. Эта способность практически универсальна среди организмов, которые мы называем «людьми». У Дружка [имя собственное, указывающее на "обобщенное" животное, собаку, для его функционального сравнения с человеком - vseslavrus] сила абстрагирования на каком-то уровне пропадает, хотя и может включать несколько порядков. У «Иванова» [имя собственное, указывающее на "обобщенного" человека, для его функционального сравнения с животным - vseslavrus] это не так; его сила абстрагирования не имеет известных пределов (см. Часть VI).

А. Коржибский. Наука и психическое здоровье. Кн II. Стр. 19

Тут Коржибский все так хорошо расписал, да еще и уже знакомыми вам терминами, что объяснять смысла нет. Все и так понятно. Достаточно взять любой научный термин и посмотреть, как он определяется еще через два других и один или несколько специфических глаголов, которые также являются абстракциями от процессов. Задавая метамодельные вопросы можно раскрывать эти древовидные цепочки (графы) абстракций до описаний сенсорного опыта.

По-Коржибскому, способность человека абстрагировать является функцией его высшей нервной деятельности и двигателем человеческого прогресса, науки и цивилизации.

Здесь находится фундаментальный механизм силы «времясвязывания», который характеризует человека, и который позволяет ему, в принципе, собрать опыт всех предыдущих поколений. Абстракция большего порядка, скажем, n+1, возникает как отклик на стимул от абстракций n-ного порядка. У «людей» абстракции высокого порядка, производимые как другими людьми, так и самим человеком, являются стимулами для абстрагирования на еще более высокие порядки. Благодаря этому, в принципе, мы стартуем с того места, которого достигло предыдущее поколение.

А. Коржибский. Наука и психическое здоровье. Кн II. Стр. 21

Структурный Дифференциал, как мы уже писали, представляет собой модель познавательной деятельности человеческой нервной системы. Причем, модель эта физиологически объективна, т. е. возможность ее функционирования заложена в нервной системе человека. Собственно, именно это и описывает нейро-эпистемология Коржибского.

Один из основных аристотелевых тормозящих развитие человечества факторов Коржибский видит в отождествлении различных порядков абстракций. Самое важное, что в отождествление лежит глубоко в структуре большинства (если не всех) современных естественных языков.
В русском языке отождествление выражается с помощью явной демонстрации глагола «являться», «есть» или же опущения этого глагола. В английском языке есть вспомогательный глагол “is”. Например, видим животное, указываем на нее рукой, и говорим:

Это — кошка. (В полном варианте «Это есть кошка»)
This is a cat.

Сейчас мы отождествили уникальный биохимический объект (на более глубоком уровне — динамический процесс существования организма) и словесное обозначение, причем не конкретно этого объекта, а абстракции весьма высокого уровня, наиболее обобщенной.

Придерживаясь неаристотелевой системы, следует употреблять словесный ярлык «кошка», применяя его к конкретному и уникальному объекту, при этом осознавая, что словесный ярлык — это абстракция, и что за ним стоит действительный сенсорный опыт восприятия некоего физико-биохимического процесса.

Кстати, под «осознанностью» Коржибский подразумевает в рамках своей неаристотелевой системы именно осознание абстрагирования.

В данной системе «отождествление» представляется ярлыком для семантического процесса неадекватной оценки на несловесных уровнях, или для подобных «чувств», «импульсов», «склонностей», . Поскольку в человеческой жизни мы имеем дело с множеством порядков абстракций, можно сказать на языке порядков, что отождествление порождает или приводит в результате к перепутыванию порядков абстракций. Этот вывод может принимать различные формы: одна из них – это отождествление научного объекта или события с обычным объектом, и это можно назвать невежеством, которое для человека патологично; другая – это отождествление объективных уровней со словесными, это я называю «объектификацией»; третья – это отождествление описаний с суждениями, что я называю замешательством между абстракциями высшего порядка. В последнем случае следует отметить, что суждения обычно связаны с более интенсивными семантическими компонентами, такими как «мнения», «убеждения», «желания»., чем описания. Эти суждения могут обладать определенным объективным, несловесным характером и могут олицетворять, соответственно, семантическое состояние, которое не является словесным, и таким образом может возникать объектификация высшего порядка.

Когда мы вводим язык порядков, нам следует отметить, что при известных условиях мы имеем дело с упорядоченной естественной последовательностью; а именно, сначала идут события, потом объект; сначала объект, потом ярлык; сначала описание, потом суждения, . Такой порядок выражает естественную важность, дает нам естественное основание для оценки и тем самым для нашей естественной человеческой с.р. Если мы отождествим два разных порядка, то это с необходимостью означает, что мы их одинаково оцениваем, а это всегда приводит к ошибкам, и в потенциале – к семантическим шокам. Поскольку в жизни мы имеем дело с установленным естественным порядком ценностей, который можно для моих целей выразить в виде последовательности, в соответствии с понижением ценности: события или научные объекты,обычные объекты, ярлыки, описания, суждения. , отождествление приводит к очень странной семантической ситуации.

А. Коржибский. Наука и психическое здоровье. Кн II. Стр. 19

В данной системе «отождествление» представляется ярлыком для семантического процесса неадекватной оценки на несловесных уровнях, или для подобных «чувств», «импульсов», «склонностей»,. Поскольку в человеческой жизни мы имеем дело с множеством порядков абстракций, можно сказать на языке порядков, что отождествление порождает или приводит в результате к перепутыванию порядков абстракций. Этот вывод может принимать различные формы: одна из них – это отождествление научного объекта или события с обычным объектом, и это можно назвать невежеством, которое для человека патологично;

Яркий пример этому — электрон. Несмотря на то, что энциклопедия Британника даже в 2009 году пишет про невозможность дать адекватное изображение электрона, электрон изображают на разных иллюстрациях как вполне себе физический объект. Во многом даже пишут о нем соответствующе. Дескать, это частица, и все тут. Научный объект «электрон» отождествляют с физическим объектом «частица».
С точки зрения неаристотелевой системы, правильно будет сказать так: поведение научного объекта «электрон» в определенных ситуациях структурно подобно поведению таких физических объектов как «частицы».

Однако, электрон в других ситуациях проявляет себя как волна. Когда я был школьником, как сейчас помню, читал о том, что «электрон — и частица, и волна одновременно», и даже некоторые студенты физики объясняли мне это буквально так. Т.е. они отождествляли научный объект «электрон» и физический объект «волну».
В неаристотелевой системе правильно будет сказать так: поведение научного объекта «электрон» в определенных ситуациях структурно подобно поведению таких физических объектов как «волны».

Что мы имеем?
В аристотелевой системе с ее отождествлением получается когнитивно-перцептивный диссонанс (семантический шок, как это называет Коржибский) из-за следующей пары взаимно исключающих утверждений:
электрон = волна = частица
волна ≠ частица

В неаристотелевой системе, отказавшейся от отождествления:
- электрон ведет себя как волна в некоторых ситуациях
- электрон ведет себя как частица в некоторых ситуациях.
Здесь нет никакого диссонанса. Налицо просто отсутствие общей теории, интегрирующей эти два описания.

другая – это отождествление объективных уровней со словесными, это я называю «объектификацией»;

Это типично. Когда один человек говорит «кошка», а его собеседник дешифрует это слово в свою конкретную репрезентацию (или ряд репрезентаций), например, белую с черными пятнами самку, он отождествляет высокоуровневую абстракцию с конкретным уникальным объектом. Этот собеседник объектифицирует (подставляет объект под) словесный ярлык.

Любому НЛПеру этот паттерн знаком как метамодельное нарушение «неконкретное существительное», или в ином случае «номинализация». (Хотя, по большому счету, любое живое существо и любой объект неживой природы — это номинализация от физико-био\химического процесса.)

третья – это отождествление описаний с суждениями, что я называю замешательством между абстракциями высшего порядка. В последнем случае следует отметить, что суждения обычно связаны с более интенсивными семантическими компонентами, такими как «мнения», «убеждения», «желания», чем описания. Эти суждения могут обладать определенным объективным, несловесным характером и могут олицетворять, соответственно, семантическое состояние, которое не является словесным, и таким образом может возникать объектификация высшего порядка.

Здесь, в принципе понятно. Смешиваются:
функциональное описание объекта и
отношение к нему (с эмоциональными, кинестетическими, семантическими компонентами).

Естественная стратегия оценки событий\объектов по-Коржибскому

Когда мы вводим язык порядков, нам следует отметить, что при известных условиях мы имеем дело с упорядоченной естественной последовательностью; а именно, сначала идут события, потом объект; сначала объект, потом ярлык; сначала описание, потом суждения,.

Итак, в переводе на язык НЛП, естественная для человеческой нервной системы стратегия оценки событий и объектов такова:
1. Научный объект (на уровне элементарных сил, элементарных частиц и т. д.).
2. Наше восприятие объекта в сенсорном опыте.
3. Наша вербализованная категоризация объекта, обозначение ярлыком.
4. Наши выводы об объекте.
Заметим, что п.1 также важен для моделиста, поскольку постоянно поддерживает пресуппозицию о том, что все, что нас окружает, - динамический непрекращающийся процесс.

Такой порядок выражает естественную важность, дает нам естественное основание для оценки и тем самым для нашей естественной человеческой с.р. Если мы отождествим два разных порядка, то это с необходимостью означает, что мы их одинаково оцениваем, а это всегда приводит к ошибкам, и в потенциале – к семантическим шокам. Поскольку в жизни мы имеем дело с установленным естественным порядком ценностей, который можно для моих целей выразить в виде последовательности, в соответствии с понижением ценности: события или научные объекты, обычные объекты, ярлыки, описания, суждения. , отождествление приводит к очень странной семантической ситуации.

Не надо быть семи пядей во лбу, чтобы понять уже из приведенных здесь данных — Коржибский сам считал себя ученым. И его работа основывается только и исключительно на научных данных. Об этом Книга I и Книга III его работы Science and Sanity. На данный момент, доступна лишь в оригинале, на английском языке. Наметим несколько тезисов.

Неаристотелева система не является ни брендом Коржибском, ни обозначением для какой-то искусственно выделенной области знаний. Неаристотелева система является поступательным движение развития именно научного знания, и она следует за неевклидовой геометрией (см. Лобачевского) трехмерного пространства и неньютоновой физикой.

Так, неевклидова геометрия в 19 в. преодолела ограничения двухмерной евклидовой, привнесла понятие кривизны пространства в доселе векторную систему геометрии.

Далее, в начале 20 в. А. Эйнштейн публикует общую теорию относительности, формулирует неньютонову систему физики, которая также является новой вехи в развитии человеческой науки в принципе.

Ну, и в 1933 году Коржибский формулирует неаристотелеву систему, которая преодолевает ограничения аристотелевой. Эти ограничения сформулированы в виде логической системы Аристотеля, особенное же влияние на европейскую науку, европейские языки и мышление оказал «Закон исключенного третьего» (вкупе с отождествлением в языке он и формирует дуальность, как в примере с электроном - дескать, электрон является либо частицей, либо волной). У Коржибского даже есть термин для такой логики, функционирующей в нервной системе человека - «психо-логика». В основании системы Коржибского лежит наука, и сама система эта является революционным, но все-таки развитием прежней, научной.

И в остальном тоже прослеживается приверженность Коржибского к науке. Ведь она — то, что позволяет людям «связывать время», т. е. прогрессировать, за счет того, что она предоставляет людям возможность изучать с помощью экстранейральных средств то, что недоступно в непосредственном восприятии и с помощью экстранейральных же средств сохранять знание и степень прогресса.

У класса жизни «человек» мы обнаруживаем новый фактор, который отсутствует у всех других форм жизни; а именно, что у нас есть способность собирать весь известный опыт различных индивидуумов. Эта способность чрезвычайно увеличивает количество наблюдений, которые могут быть доступны отдельному индивидууму, благодаря чему наша ознакомленность с миром вокруг и внутри нас становится более совершенной и точной. Эта способность, которую я назвал «способностью к времясвязыванию», возможна, в отличие от животных, только благодаря тому, что мы развили и усовершенствовали экстранейральные средства, посредством которых, не изменяя свою нервную систему, мы можем оттачивать ее работу и расширять ее охват. Наши научные инструменты записывают то, что мы обычно не можем видеть, слышать, . Наши нервные словесные центры позволяют нам обмениваться опытом и накапливать его, несмотря на то, что никто не может пережить его весь целиком; и он бы очень быстро забывался, если бы у нас не было нервных и экстранейральных средств для его записи.

Опять же, организм работает как целое. Все виды человеческой деятельности взаимосвязаны. Невозможно выбрать конкретную характеристику и обращаться с ней в бредовом эл «изолированном» виде как с чем-то наиболее важным. Наука становится экстранейральным дополнением человеческой нервной системы. Можно ожидать, что структура этой нервной системы многое объяснит в отношении структуры науки; и наоборот, что структура науки, возможно, есть воплощение способа работы человеческой нервной системы.

"Карта не является территорией" - предпосылки непонимания

Вообще, у большинства нынешних НЛПеров существуют проблемы с интерпретацией принципа Коржибского «карта не территория». Этому есть ряд предпосылок.

1. Труд Коржибского Science and Sanity упоминается в библиографии «Структуры Магии». Однако, в самом тексте БиГов нет расширенных ссылок на эту книгу. Есть только упоминание принципа «Карта не является территорией, но ее полезность определяется структурным подобием с территорией». Т.е. в полном виде.

2. О том, что «карта — не территория» упоминают БиГи в книге «Из лягушек в принцы». Но, уже только так, в неполном виде. Можно даже сказать, что формулировка «карта — не территория» выворачивает смысл исходной на 180 градусов. Собственно, по «Лягушкам ...» основная масса НЛПеров и судит о сути НЛП. Именно в таком, не полном виде, формулировка и принцип были подхвачены как рядовыми НЛПерами, так и тренерами и известными авторитетами в НЛП. Как заметил Метанимус - тогда был старт НЛП, можно было позволять себе громкие лозунги. Но что мешало позже-то объяснить?

3. Наши наблюдения и опыт общения с российскими тренерами и НЛПерами свидетельствуют о непонимании этого принципа Коржибского. Вероятно оттого, что никто из первопроходцев, «крестивших» Русь в НЛП, никто не разъяснял его. Ни ДеЛозье с Энтус, ни сам Гриндер, который приезжал в Россию трижды. Ни Пьюселик, который на словах аж «третий человек в НЛП», а по факту — (и это с его слов пересказано - см. начало видеосеминара "Магия коммуникации", кажется, 1999 года) ему все равно, какие слова использовать для обозначения феноменов и "рабочих вещей" в НЛП.

(а мы знаем доподлинно - буквальную, но, главное! - структурно отражающую процессы коммуникации между людьми и частями психики и нервной системы человека)

Заметим также, что Бэндлер таки указывает: существуют две библии НЛП, и мы об этом говорили. Бэндлер также указывает на связь моделирования и математики. И, по косвенным данным можно понять, что он таки имеет эксплицитную теорию моделирования. Но не делится ею, он сам избрал путь относительной информационной закрытости. А нечего было кидать создателя НЛП и главного моделиста. А его расценки и языковой барьер не способствуют его просветительской деятельности в России.

Странно, что Стив Андреас никоим образом не упоминает работу Коржибского в своей книге Six Blind Elephants. Хотя темы логических уровней в этих книгах основательно и сильно пересекаются. Создается впечатление, что Стив просто не знает этой работы Коржибского. Хотя долгое время был в обойме тренеров Бэндлера. Или, напрашивается "крамольный" вывод - не так-то они были близки как единомышленники?
И еще — это наше личное мнение — Стив не умеет моделировать как Бэндлер. Как математик.

Но ладно. Вернемся к последствиям неверной трактовки принципа «карта не является территорией». Зачастую она воспринимается (как правило, НЛПерами) как индульгенцию на то, чтобы, скажем мягко, заявлять о своих бредовых (структурно не подобных реальности) моделях мира как о рабочих. Обычно разговор складывается так (пример утрирован,но от этого более типичен):
-(НЛПер) Я в шестишаговом говорю бессознательному, чтобы оно придумало 3 новых варианта поведения …
- Погоди, но ведь в шестишаговом правильно выделить часть, ответственную за непродуктивное поведение, а придумывать должна творческая часть.
- Что ты все лезешь! «Правильно», ха! Карта не равна территории, в моей карте так!

Разумеется, каждый волен иметь (и имеет) свою индивидуальную карту мира. Но в интересах каждого иметь такую карту, которая наиболее структурно подобна окружающей его реальности. Поэтому на возражение такого «типового НЛПера» мы можем всегда ответить: «СТРУКТУРНО правильно ДЛЯ ДОСТИЖЕНИЯ КОНКРЕТНОГО РЕЗУЛЬТАТА». Степень и детализация этого структурного подобия зависит от задач и целей, которые конкретный человек будет решать, с этой реальностью взаимодействуя.

На наш взгляд, коренные проблемы изучающих НЛП, а именно:
- незнание, что за структура скрывается за номинализацией «карта»;
- заблуждение о том, что каждое бессознательное уникально;
- заблуждение о том, что любая карта относительно техник (а на деле — алгоритмов) НЛП — рабочая и эффективная;
- незнание о том, что есть более правильные (тут надо сравнивать с БиГовскими по критерию эффективности) алгоритмы, есть менее правильные (менее эффективные) и совсем неправильные (т. е. нерабочие);
-до сих пор продолжающееся пресуппозируемое разделение на «сознание» и «тело», причем пресуппозируется это разделение в аж целой пресуппозиции НЛП;
и ряд других...
Так вот, эти коренные проблемы, мешающие восприятию, пониманию и интеграцию в нервную систему необходимого для НЛП фундамента знаний, порождены именно не-изучением работы Коржибского.

Да, этому есть ряд причин. Например, отсутствие полного перевода книги Science and Sanity. Полное отсутствие в русскоязычном НЛПерском сообществе референтных ссылок на Коржибского. Незнание \ замалчивание роли труда Коржибского в НЛП (кстати, Бейтсон в библиографии «Шагов к экологии разума» ссылается на данный труд, а Сатир прямым текстом в своем семинаре говорит о том, что она очень много взяла из Коржибского). Пропаганда обучения НЛП именно у тренеров и антипропаганда изучения по книжкам («практика» vs «теория»). Все эти проблемы мутной, непроницаемой пеленой заволакивают технологию НЛП, не дают возможности подступиться к методологии и перечеркивают хоть малейшую возможность разработать теорию моделирования. Так что остается невеликий выбор — либо «знания в массы» и широкое просвещение, либо постепенная (и прогрессирующая) деградация моделей и упражнений, выложенных в широкий доступ еще при царе Горохе, Ричардом Бэндлером и Джоном Гриндером.

Да, проблема с картированием всегда упирается в саму карту. То есть сам по себе СД это некая модель "картирования" но в реальном мире. Таким образом можно перейти с картирования территории на картирование карты. Вот так всё :)