Продолжать этот разговор было бесполезно. Отец обожал себя, и для него
было убедительно только то, что говорил он сам. К тому же я знал очень
хорошо, что это высокомерие, с каким он отзывался о
черном труде(2), имело в
своем основании не столько соображения насчет
святого огня(1), сколько тайныйстрах, что я поступлю в рабочие и заставлю говорить о
себе весь город; главное же, все мои сверстники давно уже окончили в
университете(1) и были на хорошей дороге, и сын
управляющего(1) конторой Государственного банка был уже
коллежским асессором(1), я же, единственный сын, был ничем! Продолжать разговор
было бесполезно и неприятно, но я все сидел и слабо возражал, надеясь, что
меня, наконец, поймут. Ведь весь вопрос стоял просто и ясно и только касался
способа, как мне добыть кусок хлеба, но простоты не видели, а говорили мне,
слащаво округляя фразы, о Бородине, о
святом огне(1), о дяде, забытом
поэте(1), который когда-то писал плохие и фальшивые
стихи(1), грубо обзывали меня безмозглою головой и тупым человеком. А как мне хотелось, чтобы меня поняли!
Несмотря ни на что, отца и сестру я люблю, и во мне с детства засела
привычка спрашиваться у них, засела так крепко, что я едва ли отделаюсь от
нее когда-нибудь; бываю я прав или виноват, но я постоянно боюсь огорчить
их, боюсь, что вот у отца от волнения покраснела его тощая шея и как бы с
ним не сделался удар.
- Сидеть в душной комнате, - проговорил я, -
переписывать(1), соперничать с пишущею машиной для человека моих лет стыдно и оскорбительно.
Может ли тут быть речь о
святом огне(1)!
- Все-таки это
умственный труд(1), - сказал отец. - Но довольно, прекратим
этот разговор, и во всяком случае я предупреждаю: если ты не поступишь опять
на службу(1) и последуешь своим презренным наклонностям, то я и моя дочь лишим
тебя нашей любви. Я лишу тебя наследства - клянусь истинным богом!
Совершенно искренно, чтобы показать всю чистоту побуждений, какими я
хотел руководиться во всей своей жизни, я сказал:
- Вопрос о наследстве для меня не представляется важным. Я заранее
отказываюсь от всего.
Почему-то, совершенно неожиданно для меня, эти слова сильно оскорбили
отца. Он весь побагровел.
- Не смей так разговаривать со мною, глупец! - крикнул он тонким,
визгливым голосом. - Негодяй! - И быстро и ловко, привычным движением
ударил(2) меня по щеке раз и другой. - Ты стал забываться!
В детстве, когда меня
бил(2) отец, я должен был стоять прямо, руки по швам, и глядеть ему в лицо. И теперь, когда он
бил(2) меня, я совершенно терялся и, точно мое детство все еще продолжалось, вытягивался и старался
смотреть прямо в глаза. Отец мой был стар и очень худ, но, должно быть,
тонкие мышцы(2) его были крепки, как ремни, потому что
дрался(2) он очень больно.
Я попятился назад в переднюю, и тут он схватил свой зонтик и несколько
раз
ударил(2) меня по голове и по плечам; в это время сестра отворила из
гостиной дверь, чтобы узнать, что за шум, но тотчас же с выражением ужаса и
жалости отвернулась, не сказав в мою защиту ни одного слова.

Тема один = умственный труд(1), Тема два = физический труд(2).
------
Управляющий(1) сказал мне: "Держу вас только из уважения к вашему
почтенному батюшке, а то бы вы у меня давно полетели". Я ему ответил: "Вы
слишком льстите мне, ваше превосходительство, полагая, что я умею летать". И
потом я слышал, как он сказал: "Уберите этого господина, он портит мне
нервы".
Дня через два меня уволили. Итак, за все время, пока я считаюсь
взрослым, к великому огорчению моего отца,
городского архитектора(1), я переменил девять должностей. Я
служил(1) по различным ведомствам, но все эти девять
должностей(1) были похожи одна на другую, как капли воды: я должен был сидеть,
писать(1), выслушивать глупые или грубые замечания и ждать, когда меня уволят.
Отец, когда я пришел к нему, сидел глубоко в кресле, с закрытыми
глазами. Его лицо, тощее, сухое, с сизым отливом на бритых местах (лицом он
походил на старого католического
органиста(1)), выражало смирение и покорность. Не отвечая на мое приветствие и не открывая глаз, он сказал:
- Если бы моя дорогая жена, а твоя мать была жива, то твоя жизнь была
бы для нее источником постоянной скорби. В ее преждевременной смерти я
усматриваю промысл божий. Прошу тебя, несчастный, - продолжал он, открывая
глаза, -
научи(1), что мне с тобою делать?
Прежде, когда я был помоложе, мои родные и знакомые знали, чти со мною
делать: одни советовали мне поступить в
вольноопределяющиеся(1), другие -
в аптеку(1), третьи -
в телеграф(1); теперь же, когда мне уже минуло двадцать пять и
показалась даже седина в висках, и когда я побывал уже и в
вольноопределяющихся(1), и
в фармацевтах(1), и
на телеграфе(1), все земное для меня,
казалось, было уже исчерпано, и уже мне не советовали, а лишь вздыхали или
покачивали головами.
- Что ты о себе
думаешь(1)? - продолжал отец. - В твои годы молодые люди
имеют уже прочное
общественное положение(1), а ты взгляни на себя: пролетарий, нищий, живешь на шее отца!
И по обыкновению он стал говорить о том, что теперешние, молодые люди
гибнут, гибнут от неверия, материализма и излишнего самомнения и что надо
запретить любительские
спектакли(1), так как они отвлекают молодых людей от
религии(1) и обязанностей.
- Завтра мы пойдем вместе, и ты извинишься перед
управляющим(1) и пообещаешь ему
служить(1) добросовестно, - заключил он. - Ни одного дня ты не должен оставаться без
общественного положения(1).
- Я прошу вас выслушать меня, - сказал я угрюмо, не ожидая ничего
хорошего от этого разговора. - То, что вы называете
общественным положением(1), составляет привилегию капитала и
образования(1). Небогатые же и необразованные люди добывают себе кусок хлеба
физическим трудом(2), и я не вижу основания, почему я должен быть исключением.
- Когда ты начинаешь говорить о
физическом труде(2), то это выходит глупо и пошло! - сказал отец с раздражением.
- Пойми ты, тупой человек, пойми, безмозглая голова, что у тебя, кроме грубой
физической силы(2), есть еще дух божий, святой огонь, который в высочайшей
степени отличает тебя от осла или от гада и приближает к божеству! Этот огонь добывался
тысячи лет лучшими из людей. Твой прадед Полознев, генерал сражался при Бородине,
дед твой был поэт, оратор и предводитель дворянства, дядя - педагог, наконец, я, твой
отец, - архитектор! Все Полозневы хранили святой огонь для того, чтобы ты погасил его!
- Надо быть справедливым, - сказал я. -
Физический труд(2) несут миллионы людей.
- И пускай несут! Другого они ничего не умеют
делать(2)!
Физическим трудом(2) может заниматься всякий, даже набитый дурак и преступник,
этот труд(2) есть отличительное свойство
раба(2) и
варвара(2), между тем как огонь дан в удел лишь немногим!

Расселовские.

А что такое р-уровни ?

Ага, chunking up безбожно путают с банальной генерализацией.
А может оставить - чанкинг?

Отнесение к классу. Классификация. ДГ любит говорить - категоризация.
Перенос в категорию. Объединение по признакам.
Но там постоянно присутствует просто переброс на другие р-уровни без всякого соотнесения по признакам.

Выделение абстракций.
И абстрагирование и классифицирование... это очень сборный класс, фактически - холон, так что ежели основательно - надо искать объединяющий паттерн и называть либо по его образной аналогии, либо уже по точной понятизации.

Ага, chunking up безбожно путают с банальной генерализацией.

Отнесение к классу. Классификация. ДГ любит говорить - категоризация.
Перенос в категорию. Объединение по признакам. Выделение абстракций.

Я думаю если это переброска смысла, то какой-то с его попутной модификацией, чтоб имел место рефрейминг.
Угм. Название надо подобрать новое, и исходя только из функционального смысла.

Я думаю если это переброска смысла, то какой-то с его попутной модификацией, чтоб имел место рефрейминг.

В оригинале - "chunk up". Типа отнести к какому-то большому/большему куску.
Ну, такое значение вполне понятно и функционально.

chunk up
1) подбросить топлива ( в огонь )
2) набрать топлива

chunk I [ ]
1. ,
1) ломоть ( хлеба, сыра, мяса и пр. ); глыба ( угля, руды и пр. ); чурбан, колода Pay out the information in small chunks. — Не выдавай всю информацию сразу. Syn: thick lump
2) полный, крупный образчик ( человека или животного )
3) коренастая лошадь
4) большое количество I bet a sizable chunk of money on the race. — Я поставил на скачках большую сумму.
2. ; ;
1) кинуть, запустить ( чем-л. в кого-л. ) Syn: throw , cast
2) подбросить топлива ( в огонь ) Chunk the fire, Charles, and see if you cannot make it burn better. — Подбрось дров в огонь, Чарльз, и постарайся, чтобы он разгорелся. • - chunk up II [ ] издавать глухой хлюпающий или лязгающий звук the rhythmic chunking of thrown quoits — ритмичное лязганье бросаемых колец

По функциональному результату, что-то типа: переброска смысла?

М.б. это подарок от переводчика - это "объединение", ммм?
--------------
В оригинале - "chunk up". Типа отнести к какому-то большому/большему куску.

chunk up 1) подбросить топлива ( в огонь ) 2) набрать топлива

chunk I [ ] 1. , 1) ломоть ( хлеба, сыра, мяса и пр. ); глыба ( угля, руды и пр. ); чурбан, колода Pay out the information in small chunks. — Не выдавай всю информацию сразу. Syn: thick lump 2) полный, крупный образчик ( человека или животного ) 3) коренастая лошадь 4) большое количество I bet a sizable chunk of money on the race. — Я поставил на скачках большую сумму. 2. ; ; 1) кинуть, запустить ( чем-л. в кого-л. ) Syn: throw , cast 2) подбросить топлива ( в огонь ) Chunk the fire, Charles, and see if you cannot make it burn better. — Подбрось дров в огонь, Чарльз, и постарайся, чтобы он разгорелся. • - chunk up II [ ] издавать глухой хлюпающий или лязгающий звук the rhythmic chunking of thrown quoits — ритмичное лязганье бросаемых колец