Уточню ответ. В одном раскладе связь между глубиной раппорта и количеством сигналинга в единице времени есть. И, тем не менее, вопрос о том, какая это связь в вашей формулировке смысла не имеет, ибо он не точен.
При другом раскладе - таких количественных завязок нет.
--Другими словами стопроцентный зеркальный раппорт уравнивает оператора и субъекта. А перекрестный четко удерживает дифференцировку оператор <> субъект.
--То есть сигналы оператора остаются целенаправленными (="намеренными" в смысле намерения в т.ч. и подсознания ээ оказать воздействие на субъекта), а сигналы субъекта ээ компульсивными ответами?
Если оператор работает на сознательном уровне, то и перекрестный, и зеркальный раппорт у него будут "намеренными".
При определенных условиях вышеуказанное будет справедливо/оставаться в силе и при исполнении раппорта на неосознаваемом уровне.
И, несомненно, существуют формы неосознаваемого исполнения раппорта, в которых нет ДАЖЕ ПОДСОЗНАТЕЛЬНОГО НАМЕРЕНИЯ.
-- Какими лингвистическими формулировками допустимо выделять позитивное намерение на шаге 3 рефрейминга? -- Если не хватает вопросов - метафорами. --Хотел уточнить формулировки вопросов. Мне формулировка "что часть делает/хочет_делать для сознания/подсознания/личности полезного/хорошего/..." кажется недопустимой, т.к. слово "делает" прямо указывает на поведение. --Т.е. вот тут БиГи - они парились, парились и гениально придумали сублимировать внутренние проблемы в поведение. И используют для этого прямое указание внутри вопроса о намерении. --Но, тут появляетесь вы говорите: а я считаю делать сублимацию в поведение недопустимой.
Как слово "делать" вместо "достичь" указывает на сублимацию внутренней проблемы в поведение? Что такое -- "внутренняя проблема"? Если "внутренняя проблема" не есть название вообще всех проблем, с которыми работает рефрейминг, то подходит ли формулировка со словом "делать" для решения не "внутренних" проблем?
-- Какими лингвистическими формулировками допустимо выделять позитивное намерение на шаге 3 рефрейминга? -- Если не хватает вопросов - метафорами. --Хотел уточнить формулировки вопросов. Мне формулировка "что часть делает/хочет_делать для сознания/подсознания/личности полезного/хорошего/..." кажется недопустимой, т.к. слово "делает" прямо указывает на поведение.
Т.е. вот тут БиГи - они парились, парились и гениально придумали сублимировать внутренние проблемы в поведение. И используют для этого прямое указание внутри вопроса о намерении.
Но, тут появляетесь вы говорите: а я считаю делать сублимацию в поведение недопустимой.
" Итак, я сказал: "Я знаю, что эта часть делает нечто очень важное для вас, и очень тщательно относится к тому, что делает. И если даже вы не цените этого, то это ценю я. А сейчас я бы хотел сказать этой части, что если бы она захотела проинформировать ваше сознание о том, что она делает для вас, то тогда бы она получила от вашего сознания совершенно заслуженную положительную оценку". Затем я попросил ее обратиться внутрь себя и спросить эту часть, что такого позитивного она для нее делает. Эта часть прямо ответила: "Я мотивирую вас". Когда она мне это сказала, то добавила: "Мне это кажется странным". Тогда я сказал: "Знаете, я думаю, что вы ни за что не сможете -- прямо сейчас выйти сюда ко мне и продолжать работать со мной перед аудиторией". Она немедленно поднялась с места, решительно прошла вперед и села рядом со мной лицом к аудитории Те из вас, которые изучали стратегии, знают, что это была демонстрация феномена под названием "паттерная реакция". Это часть была просто нейро лингвистическим программистом, который знал об утилизации. Эта часть знала, что если она скажет: "Да, ты можешь поступить в колледж, ты вполне можешь это сделать", то она ответит: "Нет, я не могу этого сделать". Но если же она сказала бы: "Ты никогда не сможешь получить Диплома", то она ответила бы: "Как это? ", пошла бы, поступила в колледж и окончила бы его. "
--C этим делом лучше начинать с такой пресуппозиции: языкоид он процесс/следствие/результат достаточно продолженной экспрессии. Т.е. языкоид в контексте его применения следует рассматривать в как можно более широких контекстах содержания и коммуникации.
--В смысле, вы указываете, что есть несколько каскадных правил прочтения языкоида:...
Нет. Я указал, что процесс реализации языкоида имеет несколько характерных и разных его фаз. И для данных фаз требуется некоторый пространный контекст/"простор".
То есть фразу, например, "Тема наших занятий гипноз", накрытую интонацией /\, мы можем произнести (. - без изменений, + - выше, - - ниже): «Те.ма.на.ших+за-ня.тий.-гип.ноз» а можем «Те.ма.на.ших.за+ня+тий-гип-ноз» правильно?
Нет. Че то вы вообще не в тему.
А, например, интонацией \/\/ мы вообще можем накрыть минимум пять слогов (1-2+3-4+5), иначе придётся растягивать какой-то слог на несколько.
Нет. Можем даже на двух слогах без напряжения. Даже на одном.
Это особенно относится к тем ситуациям, в которых человек постоянно испытывает чувство злости, являющееся следствием затянувшегося чувства раздражения. Примером может стать человек, не справляющийся с решением проблем или же с овладением новыми умениями. В результате он не может достичь желаемого. А теперь посмотрим, к чему приводит отказ от части собственной индивидуальности, считаемой личностью “плохой”. Сколько измерений человеческого опыта “достойны порицания”? Такой ярлык может получить любое измерение, т.к. всегда найдется кто-то, кто именно так решит классифицировать его. Поэтому человеческая индивидуальность может превратиться в поле бесчисленного количества диссоциаций. Ярким тому примером может послужить разнообразие эмоциональных нарушении, с которыми соприкасается любой терапевт. Молодая женщина называет чувство голода “плохим” чувством, она изолирует его и в результате заболевает анорексией. Мужчина заглушает в себе сексуальное влечение, наступает диссоциация, а в результате — у него возникают проблемы с эрекцией. Женщина считает “плохим” выдвижение на первый план профессиональной карьеры и “отщепляет” это чувство, что в результате оборачивается пассивно-агрессивным поведением по отношению к детям Объяснение пациенту, страдающему эмоциональными расстройствами, того, что у него произошла диссоциация определенных измерений опыта, как правило, не представляет труда. Значительно труднее бывает создавать новые ассоциации, позволяющие ему использовать эти оторванные элементы индивидуальности. Однако следует помнить, что именно с этими измерениями опыта пациент справляется хуже всего. Различного рода нарушения, а в особенности депрессия, являются совершенно очевидным следствием этого факта. Диссоциация играет решающую роль во многих диагностических критериях, относящихся к депрессии (они описывались в четвертом разделе). Способность к диссоциации оказывает также влияние на развитие временной ориентации на будущее, на идентификацию параметров, определяющих внешнее размещение контроля, на установление совершенно неподвижных или же расплывчатых границ индивидуальности, а также на принятие глобального стиля мышления. Кроме того, стоит принять во внимание один из основных критериев депрессии — тенденцию к негативной интерпретации событий. Если учесть многообразие возможных интерпретаций данного события, может показаться непонятным, почему личность принимает к сведению и укрепляет исключительно негативную часть этого спектра, совершенно не замечая позитивной части. Реагирование лишь на избранные возможности означает, что остальные возможности эффективно отделяются По этой же причине вечный оптимист видит лишь позитивные ситуации, т.к. часть его опыта подверглась диссоциации — хотя и этом случае но крайней мере его самочувствие остается хорошим. Исходя из наших предыдущих рассуждений можно сделать следующий вывод: процесс диссоциации иногда идет на пользу, а иногда — вредит. Зачастую бывает так, что депрессия появляется как реакция на неудавшиеся попытки отказаться от невоспринимаемых частей индивидуальности Даже если диссоциация не является непосредственной причиной депрессии, она, без сомнения, влияет на селективный выбор негативных аспектов опыта и отбрасывание позитивных — а следовательно нуждается в определенной форме терапии. Работа над шаблонами диссоциаций и связанными с ней механизмами заключается прежде всего в просвещении пациента относительно отщепленных частей индивидуальности, а впоследствии — в достижении “интеграции”, т.е. “повторного соединения”. Данное утверждение по существу представляет собой по-новому оформленный главный тезис этой книги: терапия — это ликвидация старых стереотипов и замена их новыми. Целью лечения является формирование новых, лучших реакций на требования внешнего мира. Оставшаяся часть раздела будет посвящена описанию стратегий, облегчающих клиенту использование собственных диссоциативных и интеграционных способностей. -------------