Металоги из Бейтсона (7)

Bateson, Gregory. Mind and Nature: A Necessary Unity, New York, Dutton, 1979

Грегори Бейтсон
Разум и природа: неизбежное единство

Глава 1: ВВЕДЕНИЕ

Глава 2: ЛЮБОЙ ШКОЛЬНИК ЗНАЕТ
1. Наука никогда ничего не доказывает
2. Карта -- это отнюдь не территория, а имя -- отнюдь не поименованная вещь
3. Объективного опыта не существует
4. Процессы формирования образов бессознательны
5. Деление воспринимаемой Вселенной на части и целое удобно и, вероятно, необходимо, однако никакая необходимость не определяет, как именно это следует делать
6. Дивергентные последовательности (идущие в сторону увеличения разнообразия) непредсказуемы
7. Конвергентные последовательности (идущие в сторону уменьшения разнообразия) предсказуемы
8. "Из ничего не будет ничего"
9. О различии числа и количества
10. Паттерн не определяется количеством
11. В биологии нет "монотонных величин"
12. Иногда лучше поменьше: История полиплоидной лошади
13. Логика плохо моделирует причинно-следственные связи
14. Причинность не имеет обратного действия
15. Язык обычно акцентирует только одну сторону взаимодействия
16. Понятия "стабильность" и "изменения" описывают части наших описаний

Глава 3: МНОЖЕСТВЕННЫЕ ВЕРСИИ МИРА
Случай 1. Различия
Случай 2. Бинокулярное зрение
Случай 3. Планета Плутон
Случай 4. Синаптическое суммирование
Случай 5. Галлюцинаторный кинжал
Случай 6. Синонимические языки
Случай 7. Два пола
Случай 8. Биения и феномен муара
Случай 9. "Описание", "тавтология" и "объяснение"

Глава 4: КРИТЕРИИ МЕНТАЛЬНОГО ПРОЦЕССА
Критерий 1. Разум есть совокупность взаимодействующих частей или компонентов
Критерий 2. Взаимодействие между частями разума запускается различием
Критерий 3. Ментальный процесс требует сопутствующей энергии
Критерий 4. Ментальный процесс требует циркулярных (или более сложных) детерминирующих цепей
Критерий 5. В ходе ментального процесса воздействия различий следует рассматривать как трансформанты (т.е. закодированные версии) предшествующих событий
Критерий 6. Описание и классификация этих процессов трансформации вскрывает иерархию логических типов, внутренне присущую феномену

Глава 5: МНОЖЕСТВЕННЫЕ ВЕРСИИ ВЗАИМООТНОШЕНИЙ
1. "Познай себя"
2. Тотемизм
3. Абдукция

Глава 6: ВЕЛИКИЕ СТОХАСТИЧЕСКИЕ ПРОЦЕССЫ
1. Ошибки ламаркианцев
2. Использование и неиспользование
3. Генетическая ассимиляция
4. Генетический контроль соматических изменений
5. "Из ничего не будет ничего" в эпигенезе
6. Гомология
7. Адаптация и пагубные привычки
8. Стохастические, дивергентные и конвергентные процессы
9. Сравнение и комбинирование двух стохастических систем

Глава 7: ОТ КЛАССИФИКАЦИИ К ПРОЦЕССУ

Глава 8: НУ И ЧТО?

Приложение: РАСПАЛАСЬ СВЯЗЬ ВРЕМЕН

Глоссарий, библиография

http://double-bind.livejournal.com/6285.html

Поразительно. Вот это моделист! Прямо хочется сказать (пусть даже это - преувеличение),
что Бэйтсон - не дедушка НЛП, а настоящий отец, а БиГи - уже дети :)

Bateson G., "Allegory" // CoEvolution Quarterly, 1978

Жила-была прекрасная леди, которая имела привычку спать на заброшенных железнодорожных путях.

Еще в той же стране жил бесчеловечный топограф, который без конца гонял поезда по этим путям. В глубине души он был исследователем, а потому его особо влекло на те ветки железнодорожной системы, где поездов не бывало с незапамятных времен. Это были именно те пути, где леди обожала подремать.

Потому снова и снова ей приходилось прерывать свой сон и поспешно ретироваться, а могучий и зловонный агрегат проносился по тому самому месту, где ей так хорошо спалось.

Каждый раз между леди и джентльменом возникала перебранка. Он обзывал ее старомодным, тривиальным, суеверным существом. В ответ она изрыгала оскорбления и в совершенно неподобающей для леди манере заявляла, что это он -- существо, недочеловек, просто ребенок, интересующийся только своими дурацкими шумными игрушками.

Так это и продолжалось. На протяжении почти двух тысяч лет ей всегда удавалось находить новые и неисследованные участки железнодорожной системы, чтобы там поспать, а он всегда выбирал именно эти ветки для испытаний своих кошмарных колымаг.

Он заявлял, что это его право и даже обязанность -- составить карту железнодорожной системы, что вся система принадлежит ему, и в особенности ее неисследованные части. Он утверждал, что система является единой сетью линий, полностью подчиненных логике и закону причинности.

Она же утверждала, что пути были сделаны для мира и покоя человеческой души, и не придавала значения его бредням о причинности и логике.

Он наносил на карту все подробности путей, по которым ходили его агрегаты. Она постоянно находила другие участки системы, которых не было на карте.

Однажды леди нашла одну из карт, которую инженер беззаботно оставил на обочине. Она осторожно подняла ее кончиками пальцев, словно эту вещь оставил дьявол.

Хотя она не хотела видеть ее содержание и не всматривалась в детали, любопытство все же заставило ее открыть карту. Глядя издали полуприкрытыми глазами, она была удивлена, что в таком ракурсе документ был красив.

При следующем столкновении с инженером она обронила: "Ты даже не знаешь того, что твои собственные карты красивы". Это привело инженера в изумление. Он грубо ответил, что его это не интересует.

"Ага, -- сказала она себе, -- значит в мире есть что-то такое, что его не интересует. И это принадлежит мне. Навеки."

Они разошлись и каждый подумал над сказанным. Топограф был вынужден признать, что красота его карт и, соответственно, красота железнодорожных путей находится вне сферы его компетенции. Она, с другой стороны, была в восторге и поздравляла себя с тайным знанием, что он никогда не вторгнется в ту сферу, которую она ценила больше всего, -- в элегантность и симметрию системы в целом. Не в ее деталях, а в основах.

При их следующей встрече он спросил, интересует ли ее еще так называемая красота карт. Когда она дала осторожный положительный ответ, он бесцеремонно заявил, что может ей кое-что показать.

Затем он признался, что пока она спала на путях, он тихо подкрался и сделал тщательный рисунок ее фигуры. Этот рисунок он и хотел ей показать.

Он развернул перед ней и положил рядом свою карту железнодорожных путей и этот рисунок. Он сказал, что представляет научный интерес тот факт, что карта и рисунок напоминают друг друга по многим формальным характеристикам. Ему особенно хотелось, чтобы она увидела это странное сходство между двумя документами.

Она быстро переменила тему. Она сказала, что всегда это знала. Но когда она это говорила, она посмотрела в сторону и улыбнулась.

(c) Перевод Д. Федотова, Москва, 2005

http://double-bind.livejournal.com/6501.html

Поразительно.
Да, поразительно, как поразительны работы Лоренца, Гибсона.

Вот это моделист!
Кажется, лучший способ отдать ему должное это моделировать его металоги. :)

Прямо хочется сказать (пусть даже это - преувеличение)
Настоящим преувеличением будет такая формулировка: "Истинный моделист не только способен найти модели, но и до конца стремится/тщится их выразить/объяснить.

что Бэйтсон - не дедушка НЛП, а настоящий отец
С учетом того, как он воздействовал на окружающих и того, что он много взаимодействовал с БиГами -- точно, отец.

Очень, очень интересна роль Бэйтсона. Это был фактически философский отец НЛП, при том, что многие отмечают, что при всей его гениальности, самого Бэйтсона читать практически невозможно, очень трудно воспринимается. Я в свое время прочитал "Ангелы страшаться" - не могу сказать чтобы у меня что-то осталось в голове после этого. Но при этом без наследия Бэйтсона и исследовательской группы Паоло-Альто не было бы никакого НЛП. Ни-ка-ко-го. Где бы нам найти философского отца? Или мы сами с усами?
http://community.livejournal.com/openmeta/2948.html

Написано в майе 2003. Только непонятно, почему у него Бейтсон в философы попал?

а БиГи - уже дети

Я вот тут прочитал книжку про создание первого кода НЛП и знаете какое впечатление складывается? Что ребята вообще ничего не делали :) Перлз, Сатир, Эриксон и Бэйтсон дали им столько всего, что у них просто выбора не было, как создать что-то гениальное. Это конечно глубоко неверная точка зрения, я знаю. Но возможно, полезная. Несмотря на мой интерес к непосредственно исследованиям, мне намного более интересно было бы создать машину, которая бы создала третий код. Как будет эта машина выгладеть и в чем проявляться - вопрос другой, но сама концепция меня очень привлекает. Надо сделать так, чтобы у нас просто не стало другого выбора, кроме как создать что-то гениальное - еще более гениальное чем ребята из Санта-Круза. Да, и не ждите быстрых результатов. Первый код разрабатывался восемь лет.
http://community.livejournal.com/openmeta/2948.html