Моделируем эмоции (33) THE STORY OF PAIN

Структура Магии1
Применяемая техника сводится к тому, что пациенту предлагается обратить условие, задаваемое его моделью, которое мешает ему получить то, что он хочет, или же обратить или устранить условие, о которых говорится в модели, и которые вынуждают его сделать то, чего ему не хочется, а затем спросить, дает ли ему это обращение отношения то, чего ему хочется. Рассмотрим этот процесс повнимательнее. Если кто-нибудь говорит мне:
I want to relax but my back is kiling me.
Я хочу расслабиться, но БОЛЬ в спине просто убивает меня,
то я понимаю, что он сказал следующее:
Я хочу расслабиться , но я не могу расслабиться потому что БОЛЬ в спине просто убивает меня
Таким образом, в Поверхностной Структуре формы X HO Y
имеется опущение. Полная форма этой Поверхностной Структуры выглядит следующим образом:
Х и не Х потому что Y

Story Pain
Голоса мертвых звучат повсюду вокруг нас. Их взгляды вплетены в ткань нашей повседневной жизни, глубоко укоренившись в самой основе нашего языка, культуры и окружающей среды. Большую часть времени мы едва замечаем их существование. Но некоторые кризисы заставляют нас обратить внимание: плач новорожденного младенца, песнопение истинно верующего, рев бунтаря.
Однако голос, который зовет нас самым умоляющим тоном, - это голос человека, испытывающего БОЛЬ. Эта книга посвящена его или ее страданиям. Он также обращает внимание на людей, находящихся рядом со страдальцем, включая тех, кто может быть ответственен за это, других, кто предлагает утешение, и множество встревоженных свидетелей.

Дневники Кришнамурти
21 июня
Проснулся около двух; ощущалось особое давление, БОЛЬ была острее, больше в центре головы.
Это продолжалось больше часа, и несколько раз просыпался от интенсивности давления. Каждый раз был огромный расширяющийся экстаз; эта радость продолжалась.
– И когда сидел в кресле дантиста, давление вдруг снова возобновилось. Мозг стал очень спокойным; трепещущий, вполне оживший; каждое ощущение было живым; глаза видели пчелу на окне, паука, птиц и лиловые горы вдали. Они видели, но мозг не регистрировал увиденное. Можно было ощутить трепет мозга, что‑то необычайно живое, вибрирующее, не просто регистрирующее. Давление и боль были велики, и телу пришлось погрузиться в дремоту.
Самокритичное осознание жизненно важно. Воображение и иллюзия искажают ясность наблюдения. Иллюзия будет существовать всегда, пока существует стремление продлить удовольствие и избежать боли, – потребность продлить или вспомнить те переживания, которые были приятны, и уклониться от боли и страдания. И то и другое порождает иллюзию. Для того чтобы полностью избавиться от иллюзии, необходимо понять удовольствие и печаль, но без применения контроля или очищения, отождествления или отрицания.
Только когда мозг спокоен, правильное наблюдение возможно. Может ли мозг когда‑либо быть спокойным? Это возможно, когда мозг, будучи очень чутким и неспособным к искажению, осознаёт негативно.
Всю вторую половину дня давление продолжалось.

Story Pain
Это более сложный вопрос, чем мы могли бы себе представить. Английское существительное "БОЛЬ" охватывает множество несоизмеримых явлений. ‘БОЛЬ’ - это ярлык, который приклеивается к поцарапанным коленям, головным болям, фантомным конечностям и камням в почках. Он назначается при сердечных приступах и болях в сердце.

Прилагательное ‘болезненный’ настолько широко, что его можно применить к зубной боли так же легко, как к фурункулу, лопнувшему аппендиксу и родам. БОЛЬ может быть причинена ножами или хула-хупами (как в мини-эпидемии 1959 года, когда у детей был диагностирован "синдром хула-хупа", вызванный "чрезмерным использованием обруча’).

1 Как размышлял Лэтем, БОЛЬ принимает множество обличий. "Есть БОЛЬ, которая едва нарушает спокойствие ребенка", - отметил он, и "БОЛЬ, которая слишком велика для силы великана’. Действительно ли эти два вида БОЛИ одинаковы, отличаясь только "степенью"?

Может ли действительно быть так, что "наименьшая БОЛЬ содержит в себе все, что по существу принадлежит наибольшей, поскольку мельчайшие атомы материи по отдельности обладают теми же свойствами, что и их самые большие совокупности", - спросил он.

В повседневном языке о совершенно разных переживаниях БОЛИ говорят, используя одно слово — "БОЛЬ". Но если мы "представим себя у кровати и в пределах слышимости, когда БОЛЬ поднимает свой крик о назойливой реальности", сходство болезненных переживаний разоблачается как не более чем лингвистический обман.

‘Вещи жизни и чувства’ — то есть уникальная встреча каждого человека со страданием — ‘отличаются от всего остального в мире’2.

Дневники К.
22 июня
Проснулся посреди ночи, и было переживание неограниченно расширяющегося состояния ума; сам ум был этим состоянием. «Ощущение» этого состояния было лишено всяких настроений, всяких эмоций, но было очень фактическим, очень реальным. Это состояние продолжалось довольно долгое время. – Всё это утро давление и БОЛь были острыми.

Разрушение жизненно важно. Не разрушение зданий и вещей, а всех психологических приспособлений и защит, богов, верований, зависимости от священников, переживаний, знания и так далее. Без разрушения всего этого не может быть творчества, созидания. Только в свободе происходит созидание. Другой не может разрушить эту защиту за вас; вы сами должны отторгать и уничтожать своим самопознающим осознанием.

Революция – социальная, экономическая – способна изменить только внешние состояния и обстоятельства, в расширенных или в суженных пределах, но это всегда будет оставаться внутри ограниченного поля мысли. Для полной революции мозг должен полностью отбросить весь свой внутренний, скрытый механизм авторитета, зависти, страха и тому подобное.

Сила и красота нежного листка заключена в его уязвимости для разрушения. Подобно стебельку травы, пробивающемуся сквозь тротуар, он обладает силой, которая может противостоять случайной смерти.

Структура Магии1
В жизненном цикле почти любого человека в нашей культуре имеется ряд переходных периодов, связанных с изменением, которое он должен, так или иначе, преодолеть. В различных формах психотерапии разработаны различные категории работы с этими пациентами в эти важные переходные периоды. Интересно то, что некоторые люди преодолевают эти периоды без особых трудностей, причем время перехода насыщенно у них энергичной творческой деятельностью.

Другие люди, столкнувшись с теми же требованиями, переживают эти периоды, как время, сплошь пронизанное страданиями и БОЛЬЮ. Для них важно выстоять эти периоды: главная забота, стоящая перед ними в этом случае -- просто выжить.

Различие между этими группами людей состоит, как нам кажется, в том, что люди, которые реагируют на этот стресс и успешно справляются с ним, творчески справляются с ним, располагают богатой репрезентацией или моделью ситуации, в которой они находятся, такой моделью, которая позволяет им различать широкий набор возможностей в выборе собственных действий. Другие люди, напротив, чувствуют, что набор возможных выборов у них ограничен, причем ни один из имеющихся выборов не представляет для них ценности
-- они являются как бы участниками игры "прирожденный неудачник". В связи с этим возникает вопрос: "Как получается, что, сталкиваясь с одним и тем же миром, различные люди переживают его столь различным способом?" По нашим представлениям, это различие вытекает, в первую очередь, из различий их моделей. Вопрос тогда можно поставить иначе: "Как получается, что люди, сталкиваясь с многозначным, богатым и сложным миром, приходят к созданию убогой модели мира, причиняющей им страдание?"

Стремясь понять, почему же некоторые люди не перестают причинять себе страдание и БОЛЬ, важно осознать для себя, что они не испорчены, не больны и не сумасшедшие, на самом деле они выбирают лучшие из осознаваемых ими возможностей, то есть лучшие выборы из тех, что присутствуют в их собственной конкретной модели мира. Другими словами, поведение людей, каким бы странным и причудливым оно ни казалось, на первый взгляд, -- становится осмысленным в наших глазах, если его рассматривать в контексте выборов, порождаемых моделями мира этих людей.

Трудность не в том, что они делают неверный выбор, а в том, что их выбор ограничен -- у них нет богатого четкого образа мира. Всеобъемлющий парадокс человеческого существования заключается в том, что те же процессы, которые помогают нам выжить, расти и изменяться
-- обусловливают одновременно возможность создания и сохранения скудной, выхолощенной модели мира. Суть этих процессов заключается в умении манипулировать символами, то есть создавать модели. Таким образом, процессы, позволяющие нам осуществлять самые необычные и поразительные виды человеческой деятельности, совпадают с процессами, блокирующими путь к дальнейшему росту, если мы вдруг по ошибке примем за действительность собственную модель. Важно назвать три общих механизма, обусловливающих это: генерализацию, опущение и искажение.

Story Pain
So, how did Latham seek to define PAIN? The correct response to anyone who asks ‘what is PAIN?’, he rather grumpily contended, was simply to state that he ‘knew himself perfectly well what it was’ and he ‘could not know it the better for any words in which it would be defined’.

Hammering home the point, Latham insisted that things which all men know infallibly by their own perceptive experience, cannot be made plainer by words.

Therefore, let PAIN be spoken of simply as PAIN.3

Итак, как Лэтем стремился определить БОЛЬ? Правильным ответом любому, кто спросит "что такое БОЛЬ?", довольно сварливо утверждал он, было бы просто заявить, что он "сам прекрасно знал, что это такое", и он "не мог бы знать это лучше, если бы не какие-либо слова, которыми это можно было бы определить’.

Вдалбливая суть, Лэтем настаивал на том, что вещи, которые все люди безошибочно знают из своего собственного опыта восприятия, не могут быть разъяснены словами.

Поэтому пусть о БОЛИ говорят просто как о СТРАДАНИИ(3).

Дневники К.
23 июня
Творчество, созидание никогда не находится во власти индивидуума. Оно полностью прекращается, когда индивидуальность, со всеми её способностями, талантами, техническими приёмами и прочим, становится доминирующей. Созидание, творение – движение непознаваемой сущности целого; оно никогда не бывает выражением части.

Как раз когда ложился в постель, появилась эта полнота, эта наполненность дома il L (Дом около Флоренции, где он останавливался в апреле). Она была не только в комнате, но, казалось, покрыла всю землю от горизонта до горизонта. Это было благословением.

Давление, с его специфической БОЛью, было здесь всё утро. И оно продолжается во второй половине дня.

Сидя в кресле дантиста, смотрел из окна поверх изгороди, телевизионной антенны и телеграфного столба на пурпурные горы. Смотрел не только глазами, но и всей своей головой, как будто заднею частью головы, всем своим существом. Это было странное переживание. Не было центра, из которого происходило бы это наблюдение. Краски и красота и очертания гор были интенсивными.

Каждый изгиб мысли должен быть понят, ибо всякая мысль есть реакция, и любое исходящее из неё действие может только увеличивать смятение и конфликт.