Ну, в никакой реальной организации невозможно такое, чтобы новый достаточно активный сотрудник не вызывал вообще никакого сопротивления ни от одного из старых. Поэтому достаточно хотя бы формально выделить ему некую сферу ответственности, с которой хотя бы формально все существующие согласятся.
Т.е. я понимаю, что мы там добиваемся как можно более хорошего удовлетворения критериям экологичности и всё такое, но вообще-то ни одно большое изменение (а РСЧ именно для не маленьких предназначен) не может являться идеально экологичным по определению. Потому что организм настроен на гомеостаз. А меняться никому никогда не хочется и не нравится.
Люди больше всего на свете боятся неизвестного — В. Сатир. (А никакое даже самое техничное фантазирование не сделает неизвестное известным => останется страх => останутся экологические возражения, которые мы в силах лишь максимально смягчить, но не снять полностью.)
Так что я бы даже более категорично сказал по поводу прав новой части — после того, как старые части формально одобрили (до этого формального одобрения они могут сколько угодно вопросов и претензий поднимать, и все они должны быть рассмотрены и удовлетворены) функцию и планируемое поведение новой части — новая часть имеет все права и обязанности не допускать на территорию своей деятельности, в рамках назначенной функции и планов, никакую другую часть (за исключением тех, с кем априори был заключен договор).
Ну, в никакой реальной организации невозможно такое, чтобы новый достаточно активный сотрудник не вызывал вообще никакого сопротивления ни от одного из старых. Поэтому достаточно хотя бы формально выделить ему некую сферу ответственности, с которой хотя бы формально все существующие согласятся.
Ну, отношения между новым сотрудником и старым коллективов являются функцией:
--харизматичности/ступорозности нового сотрудника --общей доброжелательности/паранояльности старого коллектива
Т.е. я понимаю, что мы там добиваемся как можно более хорошего удовлетворения критериям экологичности и всё такое, но вообще-то ни одно большое изменение (а РСЧ именно для не маленьких предназначен) не может являться идеально экологичным по определению. Потому что организм настроен на гомеостаз. А меняться никому никогда не хочется и не нравится.
Организм настроен на удержание гомеостаза в условиях тяжелых динамических для указанного гомеостаза препятствий.
Люди больше всего на свете боятся неизвестного — В. Сатир. (А никакое даже самое техничное фантазирование не сделает неизвестное известным => останется страх => останутся экологические возражения, которые мы в силах лишь максимально смягчить, но не снять полностью.)
Ну, ты не учитываешь, что воображение может выкидывать невооразимые трюки. Например, оно может «захватить» некоторые эйдетические субмодальности и перенести их чисто формально на нечто абсолютно новое. Тогда, получается модель что есть дежавю. Волк в овечьей шкуре. Абсолютно новое в обертке старого.
Так что я бы даже более категорично сказал по поводу прав новой части — после того, как старые части формально одобрили (до этого формального одобрения они могут сколько угодно вопросов и претензий поднимать, и все они должны быть рассмотрены и удовлетворены) функцию и планируемое поведение новой части — новая часть имеет все права и обязанности не допускать на территорию своей деятельности, в рамках назначенной функции и планов, никакую другую часть (за исключением тех, с кем априори был заключен договор).
Я не могу даже иметь проблеска догадки на какую аллегорическую ассоциацию ты ориентируешься, уверенно развивая эту свою сильно ограничивающую ролевую фантазию о доблестях/способностях/свойствах новой части.
А насколько вообще возможно неизвестное или абсолютно новое? Можно ли привести несколько примеры абсолютно нового? Мне вот в голову приходит смерть, но и то не факт, что там нет чего-то знакомого.
А где там были? Если нет ничего знакомого, то и думать об этом большого смысла нет, получается? Потому что любая мысль будет опираться на что-то уже знакомое, но может в новых комбинациях.
Если нет ничего знакомого, то и думать об этом большого смысла нет, получается?
Ты привел некоторую ограничивающую иллюзию. Названная тобою иллюзия сводит возможные формы сознания только к одной его форме. Но, форм сознания существует множество. Среди них одна вторая значимая после привычного нам сознания есть сознание при клинической смерти.
Потому что любая мысль будет опираться на что-то уже знакомое, но может в новых комбинациях.
Даже в привычном нам сознании есть особенный реликтовый его феномен жамевю. Осознание всего как абсолютно нового, никогда не виденного.
Не происходит ли при смерти ээээ процессе перехода изменение порогов восприятия/осознания, так, что становиться доступным нечто, ранее не доступное вовсе, и становиться доступным только при таком переходе. Т.е пороги исчезают вовсе, потому что нет механизмов поддерживающих эти пороги.
В жизни восприятие линейно рассредоточено во времени. За порогом жизни восприятие симультанно - все "происходит одновременно".
Одно восприятие в другое не отражается. За порогом жизни, фактически, нет ничего, что напоминало бы о жизни. И с другой стороны - восприятие за порогом жизни невозможно адекватно выразить словами, если вернешься.
Восприятие жизни локально и фрагментарно. В нем всегда дефицит интенсивности. С другой стороны, восприятие ха порогом жизни тотально, подавляюще, сверх любых представлений интенсивно.
--Одно восприятие в другое не отражается. --Может ли влиять опыт восприятия за порогом жизни на текущую жизнь? И в чем это может проявляться в жизни человека?
Косвенно. На мета-уровне. Если, конечно не входить/не организовывать специальную обучающую систему.
--Восприятие жизни локально и фрагментарно. В нем всегда дефицит интенсивности. --Что значит дефицит интенсивности восприятия?
За редким исключением нам повсеместно не хватает интенсивности переживательного опыта.
Этот опыт подвергается физической/энергетической буквальной сублимации и отчуждается от перешедшего барьер жизни субъекта ~ "Орел забирает свою пищу - ссуженное субъекту и обогащенное опытом его жизни сознание".