Показаны записи 14371 - 14380 из 30988
![[userpic]](/media/4587bb8388ee4725e346652254c934c26f18585afe1756ca95df939553e68845)
Правило зрительного управления движениями рук гораздо сложнее правил управления локомоциями. Однако младенец, глядя на свои ручки, которые вторгаются в его поле зрения в виде извивающихся отростков, не формулирует никаких правил; во всяком случае, не заметно, чтобы эта сложность составляла проблему для его нервной системы. Я не в состоянии выразить эти правила в словах, за исключением нескольких наиболее простых случаев.
Часто локомоторное приближение заканчивается достижением и захватом. Процесс достижения заключается в том, что то очертание, которое выглядит как кисть, уменьшается до тех пор, пока не произойдет соприкосновение. Если объект имеет размер, сравнимый с размером ладони, то такой объект можно схватить; если же он слишком велик или, наоборот, слишком мал, то его схватить невозможно. Дети учатся зрительно определять размер предметов с помощью хватания: они видят размах своей собственной руки и диаметр мяча одновременно (Gibson, 1966b, рис. 7.1, с. 119). Ребенок учится зрительно соотносить размеры объекта с хватательным движением пальцев задолго до того, как у него появляются знания, позволяющие ему отличать дюйм от двух дюймов или трех. Шкала размеров, которую усваивает ребенок, соотносится с его телом, а не с каким-то условным эталоном размера.
Часто локомоторное приближение заканчивается достижением и захватом. Процесс достижения заключается в том, что то очертание, которое выглядит как кисть, уменьшается до тех пор, пока не произойдет соприкосновение. Если объект имеет размер, сравнимый с размером ладони, то такой объект можно схватить; если же он слишком велик или, наоборот, слишком мал, то его схватить невозможно. Дети учатся зрительно определять размер предметов с помощью хватания: они видят размах своей собственной руки и диаметр мяча одновременно (Gibson, 1966b, рис. 7.1, с. 119). Ребенок учится зрительно соотносить размеры объекта с хватательным движением пальцев задолго до того, как у него появляются знания, позволяющие ему отличать дюйм от двух дюймов или трех. Шкала размеров, которую усваивает ребенок, соотносится с его телом, а не с каким-то условным эталоном размера.
Необходимо иметь в виду, что животные живут в среде, которая в силу своей вещественности позволяет им при наличии опоры передвигаться. Среду хочется называть «пространством», но с этим желанием нужно бороться. Ведь только в среде отраженный свет может прийти в состояние равновесия (в пустом пространстве это невозможно), в результате чего в нем появляется информация о поверхностях и веществах. Это означает, что каждой точке наблюдения соответствует свой световой строй, а каждой движущейся точке наблюдения — изменяющийся строй. В отличие от пространства среда способствует тому, чтобы упругие волны, возникающие в результате механических событий (звук), и диффундирующие летучие вещества (запах) могли достичь любой точки наблюдения (Gibson, 1966b, гл. 1). Запах специфичен для летучего вещества, звук специфичен для события, но наиболее специфичен по сравнению со всем остальным зрительный телесный угол, содержащий все виды структурированных инвариантов, необходимых для восприятия возможностей, предоставляемых объектом. Именно поэтому восприятие чего-либо — это вместе с тем восприятие того, как можно к этому приблизиться и что с ним можно делать.
Информация содержится в среде, а не распространяется в ней, как могут, например, распространяться сигналы. Куда бы мы ни пошли, везде мы можем видеть, слышать и обонять. Следовательно, восприятие в среде сопровождает локомоцию в ней.
...
Информация содержится в среде, а не распространяется в ней, как могут, например, распространяться сигналы. Куда бы мы ни пошли, везде мы можем видеть, слышать и обонять. Следовательно, восприятие в среде сопровождает локомоцию в ней.
...
ЧТО ПРОИСХОДИТ С ДЕТЕНЫШАМИ ПРИМАТОВ, ЕСЛИ ИХ ЛИШИТЬ ВОЗМОЖНОСТИ СМОТРЕТЬ НА СВОИ РУКИ?
Обезьяны, которых от рождения лишали возможности видеть свое тело и руки, очень отличались от обычных обезьян, хотя возможность касаться руками предметов и чувствовать движения своих рук у них сохранялась. Оказавшись в нормальных условиях, они вели себя вначале так, будто не могут ни достать, ни ухватить объект, а должны искать его ощупью. Щиток из светонепроницаемого материала и фартук, плотно охватывавшие шею обезьяны, делали невозможной зрительную кинестезию, препятствуя тем самым развитию зрительного управления движениями, позволяющими дотянуться и схватить предмет. В этом, на мой взгляд, основной итог эксперимента Р. Хелда и Дж. А. Бауэра (Held, Bauer, 1974). Советую перечитать рассуждения об оптической информации для движения рук в 7-й главе.
Обезьяны, которых от рождения лишали возможности видеть свое тело и руки, очень отличались от обычных обезьян, хотя возможность касаться руками предметов и чувствовать движения своих рук у них сохранялась. Оказавшись в нормальных условиях, они вели себя вначале так, будто не могут ни достать, ни ухватить объект, а должны искать его ощупью. Щиток из светонепроницаемого материала и фартук, плотно охватывавшие шею обезьяны, делали невозможной зрительную кинестезию, препятствуя тем самым развитию зрительного управления движениями, позволяющими дотянуться и схватить предмет. В этом, на мой взгляд, основной итог эксперимента Р. Хелда и Дж. А. Бауэра (Held, Bauer, 1974). Советую перечитать рассуждения об оптической информации для движения рук в 7-й главе.
Манипуляция, по-видимому, появилась у приматов одновременно с прямохождением и вертикальной позой благодаря эволюционному преобразованию передних конечностей в руки, а лап — в то, что теперь называется кистями. Иногда говорят, что, начав ходить на двух ногах, обезьяна освободила руки для других действий. Кисти задаются посредством «пятиконечных извивающихся отростков», появляющихся в поле зрения снизу (см. 7-ю главу). Они принадлежат Я и находятся в постоянном соприкосновении с объектами внешнего мира. Очертания и размер объектов воспринимаются фактически соотносимо с кистью как ухватистые или неухватистые, то есть с точки зрения тех возможностей, которые они предоставляют для манипуляции. Детеныши приматов учатся видеть объекты во взаимосвязи со своими руками. Манипуляция ограничивает восприятие, а восприятие ограничивает манипуляцию.
Конвергенция и дивергенция. В оптике сетчаточного изображения предполагается, что два изображения одного и того же трехмерного объекта, имеющиеся на каждой сетчатке, должны сливаться в единую картинку в мозгу. Предполагается также, что в этом процессе слияния как-то участвуют конвергенция и дивергенция глаз. Если бы сетчаточные изображения не объединялись и не сливались физиологически воедино, мы видели бы два объекта вместо одного. В экологической оптике не делается таких допущений и отвергается сама идея передачи физиологического изображения в мозг. С точки зрения экологической оптики при восприятии одного объекта двумя глазами трудностей возникает не больше, чем при осязании одного объекта двумя руками или чем при восприятии одного события двумя ушами. Система из двух спаренных глаз регистрирует как совпадение структур оптических строев, соответствующих положению каждого из двух глаз, так и перспективные различия этих структур, то есть и конгруэнтность, и диспаратность в одно и то же время. Пара глаз — это не два независимых канала для ощущений, а единая система. Сведение и разведение зрительных осей, по-видимому, способствуют извлечению информации о конгруэнтности/ диспаратности.
...
...
Даже в том случае, когда фиксация искусственно поддерживается в лабораторных условиях, это все равно не чистая фиксация, не установившееся положение. Глаз нельзя зафиксировать в буквальном смысле этого слова. Он все время совершает серии едва заметных движений, или микросаккад. За последние годы точность регистрации таких движений глаз значительно возросла. В настоящее время имеются данные, свидетельствующие в пользу того, что рассматривание крошечных предметов слагается из крошечных движений. Коль скоро это так, то любой процесс рассматривания — это всегда исследование, даже при так называемом фиксировании. При точной регистрации глаза никогда не будут совершенно неподвижными, поскольку глазные мышцы, которые управляют их положением, подвержены тремору и глаза дрожат точно так же, как и руки, вытянутые прямо перед собой. По-видимому, между саккадами, малыми саккадами, микросаккадами и тремором не существует четкого деления. Вероятно, наиболее общий вывод, к которому мы приходим, можно сформулировать так: положение глаза складывается из совокупности очень мелких движений.
...
...
Разумеется, восприятие постоянства доступно не только зрительной системе. Это амодальная форма восприятия, в которой участвуют все воспринимающие системы и которая выходит за рамки отдельных «чувств». Зрение сопровождается осязанием и слухом. Во время прогулки маленький ребенок, глядя на странный, необъятный мир, может приникнуть к руке матери, потеряв на время ее из виду, чтобы убедиться в ее постоянстве. Когда мать исчезает за углом или теряется из виду в темноте, ее постоянство подтверждается ее слышимым голосом. Информацию, задающую продолжающееся существование чего-то, могут нести как прикосновение или звук, так и свет. Непрерывная стимуляция для восприятия постоянства необязательна.
...
...
Заслонение поверхности можно ликвидировать, а разрушение — нельзя. Заслонение можно ликвидировать с помощью движений головы, тела или конечностей в противоположном направлении. Разрушение же не удается ликвидировать просто с помощью противоположного движения, хотя разрушенное иногда удается восстановить. Мне кажется, что маленькие дети должны уметь отличать те оптические превращения, которые можно ликвидировать, от тех, которые нельзя. Возможно ли, чтобы они не обращали на них внимания? Они играют в прятки, вертят головами, рассматривают свои руки — все это примеры обратимых заслонений. Но они также разливают молоко, разбивают стекла, ломают башни из кубиков — и все это вещи, которые восстановить нельзя. Гипотеза эта еще не проверена на детях, потому что все проведенные эксперименты проникнуты духом рационализма, который был привнесен Жаном Пиаже. Пиаже утверждал, то у детей должно формироваться понятие постоянства или сохранения, сосредоточивая свои исследования не на том, что дети видят, а на том, во что они верят (см., например, Bower, 1974, гл. 7).
...
...
Зрительная кинестезия рук и других конечностей. В 7-й главе, посвященной оптической информации для восприятия собственного тела и его движений, был раздел о руках и других конечностях. В поле зрения всегда внедряются определенные очертания; если их там нет, то при соскальзывании поля вниз они обнаружатся. Если это очертания с пятью отростками и они беспрестанно корчатся и извиваются, то такие очертания задают руки. Любая манипуляция задается соответствующим изменением силуэта с пятью отростками. Доставание, хватание, приглашение, пощипывание, обнимание управляются непрерывными оптическими движениями, которые задают их, о чем я буду говорить в 13-й главе.
Однако экспериментов со зрительными кинестезиями не было. Можно упомянуть лишь так называемое координирование глаза и руки, как будто все исчерпывается ассоциированием ощущений от этих органов.
...
Однако экспериментов со зрительными кинестезиями не было. Можно упомянуть лишь так называемое координирование глаза и руки, как будто все исчерпывается ассоциированием ощущений от этих органов.
...
Ребенок начинает, без сомнения, с восприятия тех возможностей, которые вещи предоставляют ему в его индивидуальном поведении. То, как он ходит, сидит, хватает, соответствует тому, какие у него руки, ноги и т. д. Однако он должен научиться воспринимать не только те возможности, которые вещи предоставляют ему самому, но и те возможности, которые они открывают для других наблюдателей. Нередко для всех животных одного вида открывается одна и та же возможность. Так бывает, например, в том случае, когда возможность является частью экологической ниши. Описанные выше инварианты, позволяющие ребенку воспринимать одни и те же трехмерные очертания с различных точек наблюдения, позволяют и другим детям воспринимать одни и те же трехмерные очертания с различных точек наблюдения. Эти инварианты, несмотря на различную перспективу, позволяют разным детям воспринимать общие возможности одних и тех же телесных очертаний — скажем, возможность быть игрушкой. Любой ребенок начинает социализироваться лишь тогда, когда он начинает воспринимать значение предметов не только для него самого, но и для других.
Дочитали до конца.