![[userpic]](/media/4587bb8388ee4725e346652254c934c26f18585afe1756ca95df939553e68845)
Но я точно знаю, что если кто в меня "впечатался" - то я либо в голове слышу его голос как со стороны (с левой) либо слышу свой голос как со стороны, когда осознаю, что говорю его интонациями. Наверное во время отзеркаливания-моделирования не только стоит смотреть левым глазом, но надо и слушать левым ухом.
Ты только краем затронул важнейшую тему левого/правого зрения лягушки.
Ты только краем затронул важнейшую тему левого/правого зрения лягушки.
5 комментариев
сначала старые сначала новые
Когда нагваль спросил дон Хуана, есть ли у него еще вопросы, он
понял, что лучше обратить внимание на объяснения нагваля, чем
спекулировать на своих догадках.
Дон Хуан хотел узнать, как Тулиос создавали впечатление, что
существует только один человек. Ему это было очень интересно, потому что,
наблюдая за ними, когда они стояли вместе, он понял, что эти люди вовсе не
одинаковы. Они носили одну и ту же одежду. У них была одинаковая
комплекция, возраст и рост. На этом, пожалуй, сходство и кончалось. И все
же, даже когда он смотрел на них, дон Хуан мог бы присягнуть, что здесь
есть только один Тулио.
Нагваль Хулиан объяснил, что человеческий глаз приучен фокусироваться
только на наиболее выдающихся чертах кого--ибо и что эти рельефные черты
узнаются прежде всего. Таким образом, искусство "сталкеров" создает
впечатление, представленное чертами, которые были выбраны ими, чертами,
которые будут обязательно замечены глазом наблюдателя. Благодаря ловко
подкрепляемым определенным впечатлениям, "сталкеры" способны создавать у
наблюдателя неоспоримое убеждение в том, что было воспринято глазами.
Нагваль Хулиан сказал, что когда дон Хуан впервые появился переодетым
в женскую одежду, женщины его партии были восхищены и откровенно
радовались. Но мужчина, который был тогда с ними, а им был Тулитре, тут же
снабдил дон Хуана первым впечатлением о Тулио. Он отвернул от него свое
лицо, презрительно пожал плечами, словно все это было скучным для него, и
ушел прочь - борясь внутри с приступами смеха - в то время как женщины
помогли укрепить это первое впечатление, неодобрив поведение, и даже почти
сердясь на этого необщительного человека.
С этого момента каждый Тулио, встречаясь с дон Хуаном, укреплял это
впечатление, все больше совершенствуя его, пока глаз дон Хуана уже не мог
схватывать ничего большего, кроме того, что предлагалось ему.
Затем заговорил Тулиуно и сказал, что после трех месяцев внимательных
и последовательных действий, дон Хуан видел только то, что он был приучен
ожидать. После трех месяцев его слепота стала такой сильной, что Тулиос
уже не требовалось быть внимательными. Они опять вернулись к обычной
деятельности в этом доме. Они даже перестали одевать одинаковую одежду, но
дон Хуан так и не заметил разницы.
Когда в доме появились другие ученики, Тулиос проделали все это
заново. На этот раз вызов оказался трудным, так как учеников было много, к
тому же все были очень резвы.
Дон Хуан спросил Тулиуно о внешности Тулио. Тулиуно ответил, что
нагваль Элиас утверждал, будто внешность является сущностью контролируемой
глупости, и "сталкеры" создают внешность своим "намеренным" вызовом, а не
с помощью бутафории. Реквизит создает искусственную внешность, которая
выглядит фальшиво. В этом отношении "намеренно" вызванная внешность
является упражнением исключительно для "сталкеров".
...
понял, что лучше обратить внимание на объяснения нагваля, чем
спекулировать на своих догадках.
Дон Хуан хотел узнать, как Тулиос создавали впечатление, что
существует только один человек. Ему это было очень интересно, потому что,
наблюдая за ними, когда они стояли вместе, он понял, что эти люди вовсе не
одинаковы. Они носили одну и ту же одежду. У них была одинаковая
комплекция, возраст и рост. На этом, пожалуй, сходство и кончалось. И все
же, даже когда он смотрел на них, дон Хуан мог бы присягнуть, что здесь
есть только один Тулио.
Нагваль Хулиан объяснил, что человеческий глаз приучен фокусироваться
только на наиболее выдающихся чертах кого--ибо и что эти рельефные черты
узнаются прежде всего. Таким образом, искусство "сталкеров" создает
впечатление, представленное чертами, которые были выбраны ими, чертами,
которые будут обязательно замечены глазом наблюдателя. Благодаря ловко
подкрепляемым определенным впечатлениям, "сталкеры" способны создавать у
наблюдателя неоспоримое убеждение в том, что было воспринято глазами.
Нагваль Хулиан сказал, что когда дон Хуан впервые появился переодетым
в женскую одежду, женщины его партии были восхищены и откровенно
радовались. Но мужчина, который был тогда с ними, а им был Тулитре, тут же
снабдил дон Хуана первым впечатлением о Тулио. Он отвернул от него свое
лицо, презрительно пожал плечами, словно все это было скучным для него, и
ушел прочь - борясь внутри с приступами смеха - в то время как женщины
помогли укрепить это первое впечатление, неодобрив поведение, и даже почти
сердясь на этого необщительного человека.
С этого момента каждый Тулио, встречаясь с дон Хуаном, укреплял это
впечатление, все больше совершенствуя его, пока глаз дон Хуана уже не мог
схватывать ничего большего, кроме того, что предлагалось ему.
Затем заговорил Тулиуно и сказал, что после трех месяцев внимательных
и последовательных действий, дон Хуан видел только то, что он был приучен
ожидать. После трех месяцев его слепота стала такой сильной, что Тулиос
уже не требовалось быть внимательными. Они опять вернулись к обычной
деятельности в этом доме. Они даже перестали одевать одинаковую одежду, но
дон Хуан так и не заметил разницы.
Когда в доме появились другие ученики, Тулиос проделали все это
заново. На этот раз вызов оказался трудным, так как учеников было много, к
тому же все были очень резвы.
Дон Хуан спросил Тулиуно о внешности Тулио. Тулиуно ответил, что
нагваль Элиас утверждал, будто внешность является сущностью контролируемой
глупости, и "сталкеры" создают внешность своим "намеренным" вызовом, а не
с помощью бутафории. Реквизит создает искусственную внешность, которая
выглядит фальшиво. В этом отношении "намеренно" вызванная внешность
является упражнением исключительно для "сталкеров".
...
...
Четверо Тулиос продемонстрировали дон Хуану наиболее рельефные черты
Тулио. Ими являлись: очень убеждающие жесты пренебрежения и надменности,
резкие повороты лица в правую сторону, как бы в порыве гнева, повороты
нижней части тела, когда левое плечо как бы прикрывало часть лица;
сердитые взмахи рук выше уровня глаз, которые как бы убирали волосы со
лба, и походка проворного, но неторопливого человека, который слишком
осторожничает, решая, каким путем идти.
Дон Хуан сказал, что эти детали поведения и слепота других людей
делали Тулио незабываемым характером. Фактически, он был настолько
незабываем, что для того, чтобы спроецировать Тулио на дон Хуана или
других учеников, как на экран, любому из четырех мужчин надо было сделать
только намек на черту характера, и дон Хуан, как и другие ученики,
автоматически доделывали остальное.
Дон Хуан сказал, что благодаря невероятной последовательности подачи
информации, Тулио был для него и для других учеников сущностью
отрицательного, отвратительного человека. Но в то же время, если бы они
покопались в себе поглубже, они бы узнали, что Тулио был подобен
навязчивой идее. Он был подвижен, таинственен и создавал, сознательно или
бессознательно, впечатление человека, находящегося в тени.
...
После небольшой паузы дон Хуан разъяснил, что в той же мере, с какой
ритуал вынуждает обычных людей строить высокие церкви - эти монументы
собственной важности - ритуал вынуждал магов строить сооружения патологии
и навязчивых идей. Поэтому долг каждого нагваля - вести сознание так,
чтобы оно неслось прямо к абстрактному, свободное от права наложения
ареста и всяких закладных.
- Что ты понимаешь, дон Хуан, под правом наложения ареста и
закладных? - спросил я.
- Я могу подтвердить, что ритуал может поймать наше внимание лучше,
чем что-либо еще, - сказал он. - но он требует за это огромную цену. Этой
огромной ценой является патология. Патология может стать для нашего
сознания правом на арест, закладной на нашу свободу.
Дон Хуан сказал, что человеческое сознание похоже на огромный дом с
привидениями. Сознанию повседневной жизни нравится быть запертым в одной
комнате этого огромного дома жизни. Мы вошли в комнату через магическое
отверстие - рождение. И мы уйдем через другое подобное отверстие - смерть.
Но маги смогли отыскать еще одно отверстие и вышли из этой
закупоренной комнаты, продолжая жить. Величайшее достижение! Но их еще
более изумительным завоеванием было то, что, избавившись от закупоренной
комнаты, они избрали свободу. Они избрали быть во всем этом огромном доме
с привидениями, а не прятаться в какой-то части его.
Патологичность - это полная противоположность той волне энергии
сознания, которая необходима для приобретения свободы. Патологичность
заставляет магов терять свой путь и лезть в запутанные, темные проселки
неизвестного.
...
- Зачем нагваль Элиас обучил их этому? В чем заключался смысл?
Спросил я.
Дон Хуан уставился на меня и громко захохотал. В этот же миг включили
освещение площади. Он поднялся со своей любимой скамьи и погладил ее
ладонью, словно она была живой.
- В свободе, - сказал он. - он желал им свободы от перцептуальных
условностей. Он учил их быть искусными. "Выслеживание" - это искусство.
Для мага, поскольку он не покровитель и не торговец искусством,
единственно важным вопросом об этом искусстве является то, что его можно
достичь.
Мы стояли у скамьи, наблюдая за любителями вечерних прогулок, которые
толпились вокруг нас. История о четырех Тулиос оставила меня с чувством
предзнаменования. Дон Хуан посоветовал мне вернуться домой. Долгая поездка
в Лос-анджелес, сказал он, даст моей точке сборки передышку от всех ее
передвижений за эти несколько дней.
- Компания нагваля очень утомительна, - продолжал он. - она создает
странную усталость, которая может быть даже вредной.
Карлос КАСТАНЕДА
СИЛА БЕЗМОЛВИЯ
Четверо Тулиос продемонстрировали дон Хуану наиболее рельефные черты
Тулио. Ими являлись: очень убеждающие жесты пренебрежения и надменности,
резкие повороты лица в правую сторону, как бы в порыве гнева, повороты
нижней части тела, когда левое плечо как бы прикрывало часть лица;
сердитые взмахи рук выше уровня глаз, которые как бы убирали волосы со
лба, и походка проворного, но неторопливого человека, который слишком
осторожничает, решая, каким путем идти.
Дон Хуан сказал, что эти детали поведения и слепота других людей
делали Тулио незабываемым характером. Фактически, он был настолько
незабываем, что для того, чтобы спроецировать Тулио на дон Хуана или
других учеников, как на экран, любому из четырех мужчин надо было сделать
только намек на черту характера, и дон Хуан, как и другие ученики,
автоматически доделывали остальное.
Дон Хуан сказал, что благодаря невероятной последовательности подачи
информации, Тулио был для него и для других учеников сущностью
отрицательного, отвратительного человека. Но в то же время, если бы они
покопались в себе поглубже, они бы узнали, что Тулио был подобен
навязчивой идее. Он был подвижен, таинственен и создавал, сознательно или
бессознательно, впечатление человека, находящегося в тени.
...
После небольшой паузы дон Хуан разъяснил, что в той же мере, с какой
ритуал вынуждает обычных людей строить высокие церкви - эти монументы
собственной важности - ритуал вынуждал магов строить сооружения патологии
и навязчивых идей. Поэтому долг каждого нагваля - вести сознание так,
чтобы оно неслось прямо к абстрактному, свободное от права наложения
ареста и всяких закладных.
- Что ты понимаешь, дон Хуан, под правом наложения ареста и
закладных? - спросил я.
- Я могу подтвердить, что ритуал может поймать наше внимание лучше,
чем что-либо еще, - сказал он. - но он требует за это огромную цену. Этой
огромной ценой является патология. Патология может стать для нашего
сознания правом на арест, закладной на нашу свободу.
Дон Хуан сказал, что человеческое сознание похоже на огромный дом с
привидениями. Сознанию повседневной жизни нравится быть запертым в одной
комнате этого огромного дома жизни. Мы вошли в комнату через магическое
отверстие - рождение. И мы уйдем через другое подобное отверстие - смерть.
Но маги смогли отыскать еще одно отверстие и вышли из этой
закупоренной комнаты, продолжая жить. Величайшее достижение! Но их еще
более изумительным завоеванием было то, что, избавившись от закупоренной
комнаты, они избрали свободу. Они избрали быть во всем этом огромном доме
с привидениями, а не прятаться в какой-то части его.
Патологичность - это полная противоположность той волне энергии
сознания, которая необходима для приобретения свободы. Патологичность
заставляет магов терять свой путь и лезть в запутанные, темные проселки
неизвестного.
...
- Зачем нагваль Элиас обучил их этому? В чем заключался смысл?
Спросил я.
Дон Хуан уставился на меня и громко захохотал. В этот же миг включили
освещение площади. Он поднялся со своей любимой скамьи и погладил ее
ладонью, словно она была живой.
- В свободе, - сказал он. - он желал им свободы от перцептуальных
условностей. Он учил их быть искусными. "Выслеживание" - это искусство.
Для мага, поскольку он не покровитель и не торговец искусством,
единственно важным вопросом об этом искусстве является то, что его можно
достичь.
Мы стояли у скамьи, наблюдая за любителями вечерних прогулок, которые
толпились вокруг нас. История о четырех Тулиос оставила меня с чувством
предзнаменования. Дон Хуан посоветовал мне вернуться домой. Долгая поездка
в Лос-анджелес, сказал он, даст моей точке сборки передышку от всех ее
передвижений за эти несколько дней.
- Компания нагваля очень утомительна, - продолжал он. - она создает
странную усталость, которая может быть даже вредной.
Карлос КАСТАНЕДА
СИЛА БЕЗМОЛВИЯ
![[userpic]](/media/8a192e8a7b98713742f28c97044c0dca8162e15be92fc67dce8ed4fbe192be31)
Интересно будет соотнести импринты как паттерны для *тулио перевоплощения и пороговое сознание. Можно предложить Модель Развития Личности как модель развития своих импринтных субличностей до полных личностей - наполняя их опытом.
Вообще интересная тема, я уже ее довольно немало на себе пронаблюдал. В состоянии одной субличности - ярко доступно воспоминание Икс. В другой - недостопно. Потом делаю интеграцию Якорей. В другой субличности появляеся нужное воспоминание-опыт, но как то тускло. Забываю про все это. Через месяц обнаруживаю что субличность2 продуктивно использует этот опыт.
Вообще интересная тема, я уже ее довольно немало на себе пронаблюдал. В состоянии одной субличности - ярко доступно воспоминание Икс. В другой - недостопно. Потом делаю интеграцию Якорей. В другой субличности появляеся нужное воспоминание-опыт, но как то тускло. Забываю про все это. Через месяц обнаруживаю что субличность2 продуктивно использует этот опыт.
Интересно будет соотнести импринты как паттерны для *тулио перевоплощения и пороговое сознание.
Мысль твоя оч. интересная.
Можно предложить Модель Развития Личности как модель развития своих импринтных субличностей до полных личностей - наполняя их опытом.
Ааа, а пороги сознания - по границам субличностей?
Вообще интересная тема, я уже ее довольно немало на себе пронаблюдал. В состоянии одной субличности - ярко доступно воспоминание Икс. В другой - недоступно.
Да, это самое обычное дело.
Потом делаю интеграцию Якорей. В другой субличности появляеся нужное воспоминание-опыт, но как то тускло. Забываю про все это. Через месяц обнаруживаю что субличность2 продуктивно использует этот опыт.
Дьявол скрыт в этом таинственном процессе - инкорпорацией субличностями запорогового для них опыта других субличностей. Моделировать и моделировать.
Мысль твоя оч. интересная.
Можно предложить Модель Развития Личности как модель развития своих импринтных субличностей до полных личностей - наполняя их опытом.
Ааа, а пороги сознания - по границам субличностей?
Вообще интересная тема, я уже ее довольно немало на себе пронаблюдал. В состоянии одной субличности - ярко доступно воспоминание Икс. В другой - недоступно.
Да, это самое обычное дело.
Потом делаю интеграцию Якорей. В другой субличности появляеся нужное воспоминание-опыт, но как то тускло. Забываю про все это. Через месяц обнаруживаю что субличность2 продуктивно использует этот опыт.
Дьявол скрыт в этом таинственном процессе - инкорпорацией субличностями запорогового для них опыта других субличностей. Моделировать и моделировать.
Дьявол скрыт в этом таинственном процессе - инкорпорацией субличностями запорогового для них опыта других субличностей. Моделировать и моделировать.
-------------------
В первом приближении можно рассмотреть такую гипотезу:
чтобы одна субличность инкорпорировала запороговый опыт другой субличности - надо чтобы она стала замечать те же контекстные якоря, что и первая субличности.
-------------------
В первом приближении можно рассмотреть такую гипотезу:
чтобы одна субличность инкорпорировала запороговый опыт другой субличности - надо чтобы она стала замечать те же контекстные якоря, что и первая субличности.