Много валерианки могло отправить его в кардиологию на Пироговв.

А что делать, пока этого языка нет?

--Ты входишь (выходишь) из состояния/пространства везения/удачливости.
--Было замечено(допускаю, что это самовнушение или даже фантазии на эту тему), что когда находишься в таком пространстве, то люди рядом тоже получают свою долю везения (так, что они сами отмечают это, говоря об этом)

Ты это заметил! Это удивительный феномен, правда?

и что еще интересно, то "рядом" это не всегда именно пространственные вещи; это пространство начинает буквально накрывать близких людей, причем это не всегда есть близость именно родственная.

Рядом:

--пространственно
--в системе отсчета "отношения"

Я оправдываю свой отказ от релаксации в неких нужных контекстах.

Из сказанного следует, что нет оправдания в отказе от релаксации со ссылкой на невозможные для этого внешние обстоятельства.

Хорошо.

А как отказываться от противопоставлений на лингвистическом уровне?

Ну, вот возьми текст любой базовой книги по нлп.

Это чрезвычайно перспективно описать их структуру. Например, языкоидную структуру.

Если у человека болит нога - он будет стараться не наступать на неё.

Я решил сделать последнюю попытку. Я поднялся и медленно приблизился к месту, отмеченному курткой, и вновь почувствовал то же самое опасение. На этот раз я решил сделать серьезное усилие. Я уселся, потом встал на колени, чтобы лечь на живот, но никак не мог этого сделать, несмотря на мое желание. Я уперся ладонями перед собой в пол веранды. Дыхание участилось, желудок забунтовал. Меня охватила неодолимая паника, я изо всех сил боролся с желанием удрать. Тут я вспомнил, что дон Хуан, наверное, за мной наблюдает. Я медленно отполз к ботинку и прислонился спиной к валуну. Я хотел передохнуть и собраться с мыслями, но заснул.
Я услышал над собой голос и смех дона Хуана и проснулся.

– Ты нашел его, – говорил он.

Я не сразу понял, и он вновь подтвердил, что мое пятно и есть то самое место, где я заснул. Он опять спросил, как я себя на нем чувствую. Я ответил, что вроде никакой разницы.

Он предложил мне сравнить свои нынешние ощущения с тем, что я испытывал на прежнем пятне. Впервые до меня дошло, что я, явно не смогу объяснить опасение, охватившее меня этой ночью. Он с вызовом приказал мне сесть на прежнее пятно. Но это место по какой-то необъяснимой причине наводило на меня страх, и я решительно отказался. Он заключил, что только дурак не увидит разницы.

Я спросил, имеется ли у этих двух пятен название. Хорошее пятно, сказал он, называется «sitio»4, плохое – «врагом». Эти два пятна – ключ к благополучию человека, в особенности того, кто ищет знание. Просто сидеть на своем месте значит уже создавать в себе высшую силу; и наоборот, «враг» ослабляет человека и может даже быть причиной его смерти. Он сказал, что всю свою энергию, которую я столь щедро растратил за ночь, я восполнил только тем, что задремал на собственном месте.
Еще он сказал, что разные цвета, которые я видел на разных пятнах, обладают таким же неизменным эффектом, умножая или отбирая силу.

Я спросил, нет ли еще каких-нибудь касающихся меня пятен, и как их разыскать. Он ответил, что мест, сходных с этими, в мире множество, и находить их проще всего по соответствующим цветам.

Для меня все-таки оставалось неясным, решил ли я в конце концов эту проблему и вообще – существовала ли она на самом деле. Я был уверен, что дон Хуан всю ночь за мной подсматривал, а потом решил меня ублажить, объявив, что я, мол, уснул как раз, где надо. Однако я не мог найти логической причины подобного поведения, а когда он потребовал для пробы сесть на другое пятно, я ни за что не мог себя заставить. Существовало странное несоответствие между моими логическими выкладками и практическим опытом страха перед этим другим пятном.

Дон Хуан, в свою очередь, был совершенно убежден в моем успехе и, выполняя уговор, заявил, что теперь будет учить меня тому, что знает о пейоте.
(стр 19-25)

На этот раз, миновав пятно дона Хуана, я быстро добрался с места на место до конца пола, затем развернулся, чтобы захватить внешний край веранды. Дойдя до центра, я зафиксировал еще одно изменение в окраске, опять на периферии поля зрения. Разлитый повсюду однородный зеленовато-желтый цвет в одном месте, справа от меня, превратился в яркий зеленый3. Какое-то время этот оттенок держался, затем вдруг перешел в новы , не тот, который был раньше. Я снял ботинок, отметил эту точку и вновь начал кататься, пока не покрыл пол во всех возможных направлениях. Больше никаких изменений в оттенках не было.

Я вернулся к точке, отмеченной ботинком, и тщательно ее осмотрел. Она находилась в шести футах на юго-восток от той, что была отмечена курткой. Рядом лежал валун. Я лег на него, пытаясь найти ключ и всматриваясь в каждую деталь, но по-прежнему не чувствовал никакой разницы.

Я решил попробовать с другой точкой. Быстро повернувшись на коленях, я собрался уже лечь на куртку, когда вдруг почувствовал необычное опасение. Более всего это напоминало физическое ощущение, как будто что-то буквально толкало меня в живот. Я моментально отскочил. Волосы на затылке встали дыбом. Ноги согнулись, туловище наклонилось, а руки со скрюченными как когти пальцами были выброшены вперед на уровне груди. Я поймал себя на этой странной позе и еще больше испугался.

Я невольно попятился и сел на камень рядом с ботинком, а затем сполз с него на пол. Я пытался сообразить, что же меня так напутало. Может быть, я перестарался и слишком устал. Уже давно рассвело. Я чувствовал себя глупо и смущенно. Однако я совершенно не мог объяснить, что вызвало мой внезапный страх; кроме того, я по-прежнему не мог понять, чего в конце концов хочет от меня дон Хуан.