Феномен переноса иллюстрирует ТО, что компьютер был прав в своем мнении, что мы мыслим рассказами. Аналитик будет растянут или втиснут в прокрустово ложе рассказов пациента о своем детстве. Однако, упомянув психоанализ, я сузил понятие «рассказа». Я предположил, что оно как-то связано с контекстом, ключевой концепцией, которая определена не до конца и потому нуждается в исследовании.

что такое контекст (из уже существующих понятий)? это ничто иное как механизм который имея некий рассказ будет знать какие эээ новые объекты воспринимать как какие соотвественно объекты рассказа.
Контекст это правила интерпретации рассказа.

При этом «контекст» сцеплен с другим не получившим определения понятием, называемым «смысл».
А смысл есть РЕЗУЛЬТАТ (один из многих) взаимодействия рассказа и контекста.

Однако я прихожу с рассказами: не только с запасом рассказов для вываливания на аналитика, но и рассказами, встроенными в самое мое существо. Паттерны и последовательности детских переживаний встроены в меня. Отец сделал то-то и то-то, моя тетка поступила так-то и так-то, но все это было снаружи моей кожи. Однако чему бы я ни обучился, мое обучение имело место внутри последовательностей моих субъективных переживаний действий, совершенных важными другими - моей теткой, моим отцом.

Меня всегда забавляет это буквальное "внутри" в устах дебилов и гениев разумности. Ничего такого что есть "внутри" просто не существует. Или существует в релальности неподвижной куклы. В самом деле:
--все что субъективно переживается внутри всегда проецируется в активность мышц
--мышцы есть особенный орган - они и внутри и снаружи
--анатомически они внутри кожи
--функционально они двигают части тела в окружающем пространстве - и все это уже снаружи

Чуть выше я предупреждал, что мы столкнемся с пустотой и бессодержательностью, и вот это и случилось. Разум пуст, ничего не содержит, он невеществен. Он существует только в своих идеях, а они также невещественны(прим 2). При этом эти идеи имманентны, они воплощены в своих образцах. А образцы также не являются вещами. Клешня, взятая как образец, не является кантовской Ding аn sich, «вещью в себе». Она как раз и не есть «вещь в себе»(прим 1). Скорее, это то, что из вещи сделал разум, а именно образец того или иного рода.
(1) -- различные цепочные и каузуальные цепи информации создают эту клешню и ее нет без водоемов без погоды в заданные периоды времени, без межвидовой борьбы, без зарождения когда-то жизни именно в такой форме в какой она появилась, без днк, без много еще. поэтому она не вещь в себе.
Разум есть только сборище паттернов. Эти паттерны есть отражение окружающего мира в процессах ума. "Клешня" есть один из таких.

т.е. по этому пункту знания человека есть в человеке в языке, но создаются правила, которые эээ создают новый искусственный паттерн знания.
новые языки

Кантовские Tatsachen я бы заменил различиями и заметил, что число потенциальных различий в этом куске мела бесконечно, однако очень немногие из них становятся действенными различиями (т. е. единицами информации) в ментальном процессе какой-либо большей сущности. Информация состоит из небезразличных различий(прим. 1) (differences that take а difference).

адекватность нового восприятия определяется теми же способами, что и научение.
Угм.

Глазное яблоко пребывает в постоянном дрожании, которое называется микронистагм. Глазное яблоко вибрирует с углом в несколько секунд, что заставляет оптическое изображение на сетчатке двигаться по отношению к палочкам и колбочкам, служащих чувствительными концевыми органами. Тем самым концевые органы непрерывно извещаются о событиях, соответствующих контурному рисунку видимого мира. Когда мы различаем, мы в буквальном смысле слова делаем различие, мы извлекаем его на свет из сферы непроявленного. Различия, которых мы не извлекли, для нас не существуют. Они теряются навеки вместе со звуком упавшего дерева, которого не услышал епископ Беркли . Они остаются частью «вещественного мира»(прим 1) Уильяма Блейка, о котором он писал: «Никто не знает его обиталища: его внешность обманчива, а его существование - ложь» ./i>

Вот это мне непонятно. Здесь он вначале делает построение в точности в духе Гибсона. Но концовка совершенно не оправданная.

(1) -- вот это скорее и есть действительная территория, тогда как карта это процессы восприятия. В этом смысле карта никогда не равна территории.
Нет, и территория и карта в ключены в один и тот же процесс восприятия.

Теперь мы расширим наше объяснение при помощи процесса, который американский логик Чарльз Пирс (Peirce) назвал абдукцией. Смысл абдукции - это нахождение других релевантных феноменов и доказательство, что они также подпадают под наше правило и могут быть отображены на ту же тавтологию.
... Можно представить, что кандидат проведет остаток жизни, фракционируя опиум в биохимической лаборатории и последовательно выясняя, в какой из фракций остался так называемый «снотворный принцип».

Т.е. строиться такая тавтология, в которой используются формальные методы эээ поиска решения; в данном случае это вещество разделимо на части каждая часть определяет некоторые свойства всего вещества, т.е. опиум обладает снотворным эффектом потому, что его часть обладает таким эффектом.
Мне кажется, в данном случаен тавтология возникает по причине того, что снотворное действие:
--находится на другом логическом уровне
--в другом контексте

Т.е. Бейтсон приводит пример того, как можно из двух различных фактов получать неверный/неформальный результат? Когда эти два различных факта не сопоставляются в полной мере, а одному факту эээ навязываются описания полученные из другого факта.
Вроде - так.

Не носим ли мы с собой (подобно звуколокатору слепого) образцы закономерностей различных видов, по которым мы можем оценивать информацию (т. е. сведения об упорядоченных различиях), приходящую к нам извне?

Связующим паттерном может быть тавтология, создаваемая самим живым существом, как образец паттерна, который носит с собой живой организм/живое.
Связующими паттернами в этом случае являются:
--языки
--языкоиды
--якоря

…В принципе, появления дополнительной «глубины» (в метафорическом смысле) следует ожидать всегда, когда информация в двух описаниях по-разному собирается или по-разному кодируется.

Т.е. различные способы получения информации могут способствовать получению “глубины” информации. Таким образом, для того чтобы сформировать некий паттерн можно задавать информацию на нескольких уровнях, к примеру, вербальное и невербальное общение.
Сформировать1 паттерн = мысленно описать/подметить паттерн.
Сформировать2 паттерн = сообщить о нем другим, так чтобы и они могли его заметить.
Сформировать3 паттерн = мысленно подметить паттерн + сообщить о нем другому челу в случае, когда паттерн относится к человеческой активности.

Т.е. в норме человек использует для общения и вербальные и невербальные средства, для того, что бы выйти на уровень передачи непосредственно некого паттерна.
Сформировать3 паттерн. Всегда помимо воли работает вербальное+невербальное. Это и есть наше моделирование человеческой активности.

Т.е. общий механизм для общения, для того чтобы передать некую метаинформацию будет, в том числе, и использование разных каналов, разных логических уровней. Тогда если у реципиента есть стратегии работы с разными уровнями, то он получает метаинформацию.
Мета информацией в общении будет именно информация о паттернах, особенно, когда она сообщается напрямую.

Тогда возникает вопрос: как может быть сформирован каналы (если рассматривать именно коммуникацию)? И возможными ответами могут быть: в том числе, по различию во времени поступления сигнала; в том числе, по различию логических уровней; в том числе, по наличию маркеров канала.
Лучше об этом говорить в терминах сигналов.

Т.е. при коммуникации нужно узнать, что к какому каналу относит получатель.
Получатель получает информацию по тем же одноименным каналом, по которым она и отправлена.

Язык постоянно утверждает при помощи синтаксиса подлежащего и сказуемого (субъекта и предиката), что «вещи» каким-то образом «имеют» качества и признаки. Более точный способ выражаться настаивал бы, что «вещи» порождаются, кажутся отдельными от других «вещей» И становятся «реальными» посредством их внутренних отношений и их поведения в отношениях с другими вещами и с говорящим.

Т.е. вот здесь рассматривается процесс получения сообщения. Есть некая “реальность”, как отношение “вещей” с другими “вещами” и говорящим. И выражением этого отношения становиться язык.
Почему - становится? Он - язык - есть изначально.