Книга Коржибского Science and Sanity как раз в том числе про это. Как язык, отражающий эпистемологию более чем 2000-летней давности продолжает довлеть над нами и поныне.
Ну, с этим не так все просто. Дело в том, что эпистемологии/онтологии, зашитые в язык, являются бессрочными константами, которые отражают инварианты природного мира. Если их радикально изменить - человек исчезнет/выродится.
Выхода два - либо переделать язык, либо понимать разницу в значениях.
За 2000 лет сильно изменятся только техногенная компонента эпистемологий/онтологий социального мира. И конструкторы этого мира просто до маникальности озабочены порождением новых языков, которые бы стерли историю и сущность человека. Но, для себя они ничего стирать не собираются, а наоборот, возрождают древний язык.
Вот и получается, что первое возможно лишь теоретически, а второе сложно для среднестатистического обывателя.
Да, ничего сложного в этом нет. Просто, для каждого языка надо составлять описания/словари его эпистемологического смыслового наполнения. И эту работу, кстати, господствующие школы языкознания вообще уже вывели за грань допустимого внимания/подавили.
Другое дело, что Коржибский интересовался техническими языками изменений. Это особенных класс вспомогательных языков.
Могу \ готов взяться за анализ и частичный перевод книжки, если метапрактикам это интересно.
Очень интересно. Давай!
Причем, меня интересуют три-четыре темы оттуда: - биография Цезаря (я заметил, что она типовая для западных историй успеха, Еугзол в ответ предположил, что успех Цезаря у них вписывается во вполне себе социальный шаблон);
Наверное, это не биография шаблон. Шаблон есть требования тамошнего общества к выживанию.
- подход Цезаря и его терапевтические взгляды (доминирование, групповая "работа", сублимация неконструктивного поведения собак, последовательность "дисциплина-границы-эмоции");
Да, интересно.
- социальные паттерны у собак.
Да, интересно.
Было что-то еще, но сейчас не вспомню. Да и этого достаточно будет.
Нам важно еще то, что Ц. соединяет два подхода к моделированию поведения животных. Лоренцовский и Скиннеровский.
--Ну вот, сразу и приехали. А что это за действия, которые не соотносятся с внешними предметами? Разве есть хоть один образ даже самого эээ распаленного воображения, который был бы не сопоставим с с внешними предметами?
--Я тут лишь про то, что для одних образов можно указать ГДЕ В ПРОСТРАНСТВЕ "ВОКРУГ МЕНЯ" ОНИ НАХОДЯТСЯ. А для других это сделать невозможно, они как бы "нигде". На этот факт неоднократно указывали в самом Метапрактике. Тоже самое разделение есть и у Гальперина. И то и другое он относит к "идеальным" предметам/образам.
У Гальперина этого фактически нет. Это ты его облагораживаешь своими интерпретациями.