Современная социальная антропология стремится объяснить и понять все наличное социальное и культурное многообразие. Главный ее метод — это локализирована конкретных социальных феноменов в рамках широкого компаративного К. Она выделяет следующие его измерения:

— окружение (setting): социальные и пространственные рамки, в которых происходят интеракции;
— поведенческая среда (behavioral environment): способ, которым участники используют свои тела и поведение как ресурсы для фреймирования и организации разговора (жесты, позы, взгляды);
— языковой К. (language as context): способ, которым сам разговор, или текст, озвучивает и продуцирует К. для другого разговора, или текста;
— экстраситуационный К. (extrasituational context): понимание обмена репликами требует «базисного знания» (background knowledge), которое выходит далеко за пределы локального разговора и непосредственного окружения.

В 1990-х социальные науки пережили этнографический поворот. Особенной антропологической новацией в арсенале социально-гуманитарного знания является «качественная методология». Последняя призвана дать новые возможности для понимания когнитивного, эмоционального и поведенческого развития, а также тех проблем, которые характеризуют современное общество в целом. К качественным методам относится широкая палитра средств от с включенного наблюдения и до герменевтической работы с текстом. Позиционируя качественные этнографические исследования в центре социально-научного знания, антропологи специально демонстрируют эпистемологическую актуальность понятия К. (а также понятий значения и субъективности) в науках о поведении.

В своих представлениях о К. современная социальная антропология опирается, впрочем, на давние традиции британской школы «контекстуализма», которая зародилась в работах Б. Малиновского и Дж. Ферса в 30-е гг. 20 в. Эта школа обобщила отдельные идеи, которые уже встречаются у В. Гумбольта и Ф. Соссюра, и предвосхитила то, на чем позже специально сосредоточилась интерпретативная антропология и социолингвистика (функциональная лингвистика).

Б. Малиновский первоначально считал, что зависимость языка от сферы его использования есть черта примитивных, или первобытных, языков. Однако затем он изменил свою точку зрения: «Подлинное понимание слов всегда, в конце концов, выводится из опыта деятельности в тех аспектах реальности, к которым относятся эти слова» (Malinowski В. Coral Gardens and their Magic. V. 2. L., 1935. P. 58). Это то, что может быть названо «К. ситуации». За его пределами лежит то, что можно назвать «культурным К.», и определение слова отчасти состоит в отнесении его к К. культуры. Язык как система лексики и грамматики относится к К. культуры; примеры использования языка — специальные тексты и их элементы — относятся к К. ситуации. Оба этих К. находятся за пределами языка.

Одним из первых психологов, осознавшим значение К. в познании, был Карл Бюлер. Он сформулировал «теорию окрестности», или языкового окружения (Umfeld-theorie): «He нужно быть специалистом, дабы понять, что важнейшая и наиболее значимая окрестность языкового знака представлена его контекстом; единичное являет себя в связи с другими себе подобными, и эта связь выступает в качестве окрестности, наполненной динамикой и влиянием» (Btihler К. Sprachtheorie. Die Darstellungsfunktion der Sprache. Stuttgart, 1934/1965. S. 155). Здесь Бюлер обнаруживает свою приверженность гештальт теоретической парадигме, согласно которой единичные элементы образуют изменчивые целостности и переживаются в К. последних.

Перенос гештальттеории из психологии в теорию языка (из теории цвета было взято, в частности, понятие «поле» — Feld) означал, что отдельные языковые феномены рассматриваются не изолированно, но лишь в отношении к доминирующим над ними целостностям.

Сходную позицию отстаивал примерно в то же время Л.С. Выготский: «Слово вбирает в себя, впитывает из всего контекста, в который оно вплетено, интеллектуальные и аффективные содержания, и начинает значить больше и меньше, чем содержится в его значении, когда мы его рассматриваем изолированно и вне контекста: больше — потому, что круг его значений расширяется, приобретая еще целый ряд зон, наполненных новым содержанием; меньше — потому, что абстрактное значение слова ограничивается и сужается тем, что слово означает только в данном контексте... В этом отношении смысл слова является неисчерпаемым... Слово приобретает свой смысл только во фразе, сама фраза приобретает смысл только в контексте абзаца, абзац — в контексте книги, книга — в контексте всего творчества автора» (ВыготскийЛ.С. Избранные психологические исследования. М., 1956. С. 370).

Проблема К., являясь герменевтической проблемой, в то же время не ограничена континентальной (немецкоязычной) герменевтической традицией. Понятая как философия языка, герменевтика получает распространение и в аналитической (лингвистической) философии, для которой понятие К. оказывается столь же значимым. Современные аналитические дискуссии по проблеме К. производны от столкновения трех влиятельных концепций. Последние обычно ассоциируются с Д. Юмом (скептицизм), с Дж. Муром (здравый смысл) и с Л. Витгенштейном (идея К.).

Контекстуализм подчеркивает зависимость смысла и значения единиц языка от включенности в синтаксические, семантические и прагматические системы, от ситуации употребления, культуры и истории. Скептицизм доводит программу контекстуализма до крайне релятивистских следствий. Философия здравого смысла, напротив, отрицает необходимость контекстуального подхода.

Современный эпистемологический контекстуализм возник, таким образом, как ответ на скептическое отрицание возможности знания мира вокруг нас и на упрощенное обоснование возможности такого знания. Контекстуализм в его современной аналитической версии стремится найти точки соприкосновения со скептицизмом и одновременно показать правомерность повседневного познания. Он делает это путем выделения разных контекстов рассуждения и различия соответствующих им эпистемических критериев (более сильных и более слабых).

Конфликт этих трех позиций, таким образом, имеет мнимый характер, или, точнее, обязан динамике нашего знания.

В рамках герменевтики понятие К. не получает эксплицитной тематизации. Однако проблематика индивидуальности говорящего и понимающего (Ф. Шлейермахер), время и временность в экзистенциальном проекте (М. Хайдеггер), история, традиция и язык герменевтического опыта (Х. -Г. Гадамер) — все эти концепции артикулируют «К.» герменевтического субъекта, которые, при всех различиях аналогичны известным понятиям теоретической лингвистики.

Всякий акт понимания есть оборачивание акта речи, согласно Шлейермахеру. Герменевтика призвана показать, как данные на уровне языка значения слов в процессе речевого использования и понимания конкретизируются и превращаются в смыслы. Шлейермахер различает два процесса истолкования. «Грамматическая», или «объективная», интерпретация состоит в лингвистическом истолковании языковой формы текста, в анализе правильного применения слова, в выявлении подлинного авторского смысла. «Техническая» («психологическая», «субъективная») призвана раскрыть личность автора в ее специфичности и его стиль как единство языка и представлений, осуществить «превращение» интерпретатора в автора. Первые К., связанные с позицией интерпретатора, суть присущие ему специфические условия и предпосылки (индивидуальное знание, языковый талант, талант знания человеческих особенностей). Вторые К. открываются в самом процессе истолкования, который направлен на то, чтобы в круговороте целого и части попытаться понять стихию языка из его внешних взаимосвязей, и наоборот. В языке конструируются непосредственные К. текста и с помощью языка реконструируются его опосредованные предпосылки и К. Создавая смысл текста, они только и обнаруживают сам текст.

Гадамер формулирует понятие герменевтической ситуации и принцип влияния истории (Wirkungsgeschichte); в них выражается историчность К., обеспечивающих понимание. «Wirkungsgeschichte» определяется им как столкновение традиций предмета с индивидуальной историчностью интерпретатора. Ситуация представляет собой место, ограничивающее возможности зрения. То, что может быть увидено, — это горизонт, круг зрения, включающий и ограничивающий все, что можно увидеть из данного пункта. Язык, по Гадамеру, есть основа всякого опыта. Историчность и конечность языка определяют не только наш доступ у миру; в языке получают осмысленный образ традиции, в которых мы встречаемся со всякого рода историчностью, а также герменевтические ситуации, в которые мы встроены. «Бытие, доступное пониманию, есть язык» (Gadamer H.-G. Wahrheit und Methode. Grundzuge einer philosophischen Hermeneutik. Tubingen, 1975. S. 450; в неточном русском переводе: «Бытие, которое может быть понято, есть язык» (Гадамер Х.-Г. Истина и метод. М., 1988. С. 548). Итак, традиция, влияние истории, горизонт, герменевтическая ситуация, язык суть те К., в которых производятся смыслы и осуществляется герменевтический опыт, или процесс познания феноменов культуры.

Энциклопедия эпистемологии и философии науки
http://epistemology_of_science.academic.ru/330/%D0%BA%D0%BE%D0%BD%D1%82%D0%B5%D0%BA%D1%81%D1%82

КОНТЕКСТ (от лаю. contextus — тесная связь, соединение) — термин, широко используемый в гуманитарных науках, в философии и в повседневном языке. В частности, методологическая программа философской герменевтики, выразившая собак лингвистический поворот в эпистемологии, строится вокруг понятий понимания и интерпретации, прояснение которых осуществляется путем обращения к понятию «К.». Эта программа не ограничивается герменевтикой, обнаруживая выраженную тенденцию к междисциплинарности. Понятие К. вошло в устойчивый оборот в эпистемологии, лингвистике, в социальной антропологии, психологии, в истории науки, когнитивистике, в истории философии и даже в теологии. Соответственно можно говорить о различных типах контекстуализма, которые соотносятся и взаимодействуют друг с другом. Однако их анализ показывает, что понятие К. во многом не прояснено. Неочевидность понятия «К.» попадает в фокус теоретического внимания только в том случае, если мы проводим различие между специально-научными теориями К. и философской проблематизацией данного понятия. Теория К. имеет своим предметом различные типы целостности и взаимосвязей исследуемого феномена, его включенности в язык, в наличную ситуацию деятельности и коммуникации, в локальную и универсальную культуру. В философии же понятие «К.» сталкивается со следующими вопросами.

Так, понимание слова предполагает учет многообразных К. Тогда в пределе его смысл фактически оказывается конгломератом слабо связанных между собой смысловых элементов. Но как же при этом сохранить идентичность смысла, если словооказываетсястольрасплывчатым и многозначным, как обеспечить адекватность понимания и взаимопонимания?

Кроме того, генезис или функционирование некоторого феномена культуры (в искусстве, религии, науке и пр.) обусловлены рядом детерминант, или К. Однако данный феномен также характеризуется собственной идентичностью, отличием от своих К. Каковы же границы редукционизма в контекстуальном объяснении? Сводим ли объясняемый феномен к совокупности К. — напр., наука — к историческим условиям своего формирования?

Наконец, пусть даже каждая теория зависит от присущего ей научного, социального и культурного К. Сравнимы ли в таком случае разные, в том числе исторически и культурно дистанцированные, теории?
Возможна ли их независимая истинностная оценка, их рациональный выбор?

Обсуждение этих вопросов углубляет понимание вечных философских проблем, кроющихся за терминами «смысл», «объяснение-» или «истина», а также способствует прояснению конкретных методологических дилемм, возникающих в науках.

--Ну, с поправкой на то, что у большинства врачей хрен чего такого ресурсного получишь! Большинство пациентов лечатся ВОПРЕКИ врачам.
--Получается социальные пресуппозиции зачастую сильнее эффекта от личного общения.

Да.

--А КНИГУ-ТО КТО СОСТАВЛЯЛ? Хейли составлял! А у Хейли базовое образование было типа нашего литературного института! :)
--Но они наверное с транскриптов записывали. Слова не такие, которые на слух перепутаешь.

А ты загляни, пожалуйста, во фромфрог и вспомни факты какого чудовищного искажения исходников от Э. мы вскрыли в текстах его "ученичков".

--Есть история как Эриксон учил/зарабатывал с помощью статистических расчетов на механической счетной машинке. Причем, на все несколько дней. Включая и десятикратное прочтение учебника/справочника по статистике. Несомненно, ум Э. вовсе не есть "математический" ум, но его способность концентрироваться на разных задачах феноменальная.
--Ну вот. То есть случайно он ошибиться не мог. Да и мне кажется ужасно маловероятным сделать ошибку из школьного курса математики, имея образование доктора медицины. Кроме того, есть записи его работ с высокообразованными людьми, что-то вроде кандидатов технических наук, которых он грузил математическими загадками.

Совершенно верно. Неточность идет от покойного, мир праху его, мистера Хейли!

Теперь курьёзный момент: ошибочно "арифметической" он называл эту прогрессию исключительно на той паре встреч, где присутствовал только Хейли. Верно "геометрической" он стал её называть уже на встречах с присутствием John Weakland (не слышал о нём до прочтения книги, какой-то психолог тоже). Уикленд не просто психолог. Этот мистер, был прямо в центре событий. Он прямо пасся у Э, а с другой стороны, как и мистер Х. оказался создателем бриф терапии:

John H. Weakland (8 January 1919 – 18 July 1995) was one of the founders of brief and family psychotherapy.[1] At the time of his death, he was a Senior Research Fellow at the Mental Research Institute (MRI) in Palo Alto, California, Co-Director of the famous Brief Therapy Center at MRI, and a Clinical Associate Professor Emeritus in the Department of Psychiatry and Behavioral Sciences at the Stanford University School of Medicine.[2]
John was a native of Charleston, W.Va. He was a brilliant student who entered Cornell University at the age of 16 and received a degree in chemical engineering. He worked as a chemical engineer with the DuPont Company before a chance encounter with Gregory Bateson led him to pursue anthropology at Columbia University while working on the Cultures at a Distance Project with Margaret Mead and Ruth Benedict. John never obtained his doctorate from Columbia; rejecting his adviser's criticisms of his thesis, he refused to rewrite it.[1]
At Bateson's invitation, John moved to California with his wife, Anna Wu Weakland to participate in research. John was the first person Bateson asked to join a research project that would become known as the Bateson Project that helped to give birth to family therapy and co-authored the seminal paper,[3] "Towards a Theory of Schizophrenia"[4] John was also an early student and researcher of Milton Erickson.[5]
Joining the Mental Research Institute in the early 1960s, John was a founding member and Co-Director of MRI's Brief Therapy Center (along with Paul Watzlawick and Dick Fisch). This center helped to inspire many of the more influential psychotherapy approaches in brief and family therapy. John mentored and befriended many therapists who would go on to make major contributions to the field.[6]
Weakland died in Palo Alto, California.
http://en.wikipedia.org/wiki/John_Weakland

или Грегори Бейтсона :) Ну точно же издевался над бедным писателем :)

Да нет, я уверен, что Х. просто небрежно напутал.

--ЗА головными болями! Что такое это "за"?
--«a guy who came to me for headaches»
--"Парень, который пришел ко мне для головных болей." Слово "лечения" пропущено. Мне кажется это примеры из той же серии, которые приводил Бандлер, когда после разговорных сокращений оказывалось вместо "врач лечащий алкоголиков" — "врач-алкоголик", вместо "учитель работающий с умственно отсталыми" — "умственно отсталый учитель".

Это был особенного сорта пациент! Это не история о парадоксальной интенции! Это история про особенных пациентов. Но, Х. как всегда так ничего и не понял!

--Ну, т.е. первое внушение вовсе не прямолинейно ухудшить симптом. Нет. Первое внушение есть серия ресурсных процессуальных инструкций : -чтобы он взял контроль над этим -способ сделать это -быть способным сделать это более серьёзным - здесь важны английские синонимы к слову "(быть/делать нечто более) серьёзным
--Ну ещё до этого человек пришёл на приём к терапевту, вошёл в его кабинет. Это является первым ресурсным внушением до всех прочих. Воронка инструкций получается.

Ну, с поправкой на то, что у большинства врачей хрен чего такого ресурсного получишь! Большинство пациентов лечатся ВОПРЕКИ врачам.

Более серьёзным = более суровым/тяжелым/болезненным.

--Это просто нечестно со стороны Э. в адрес Хейли. Он, просто держит Х. за идиота. Э. УЖЕ/ВСЕ-ТАКИ СДЕЛАЛ ПРЯМОЕ РЕСУРСНОЕ ВНУШЕНИЕ СУБЪЕКТУ !!!!
--Немного оффтопиком, меня вот что в этой книге смутило. Э. несколько раз подряд в разных беседах называет геометрическую прогрессию арифметической. На более поздних беседах она уже упоминается с правильным названием - геометрическая. М.б. действительно такой юмор в адрес Хейли, чтобы внимания не терял :)

А КНИГУ-ТО КТО СОСТАВЛЯЛ? Хейли составлял! А у Хейли базовое образование было типа нашего литературного института! :)

Есть история как Эриксон учил/зарабатывал с помощью статистических расчетов на механической счетной машинке. Причем, на все несколько дней. Включая и десятикратное прочтение учебника/справочника по статистике. Несомненно, ум Э. вовсе не есть "математический" ум, но его способность концентрироваться на разных задачах феноменальная.

Боже мой, как же Хейли надоел к тому времени Э., чтобы он так небрежно с ним вел свои диалоги! С другой стороны, на мировой уровень Э. вывели публикации именно Хейли. С третьей стороны, вот сайт мистера Х., не знаю жив ли он сейчас или нет. В 2007 году умер, как пишет википедия.

Мда.

Я согласен, что крышеснос. Да, вот только этим крышесносом ничего лечебного и терапевтического не получить.

Э.: Нет, он не может. (Смех)
Х.: Мне просто любопытно какую часть вашей работы вы видите таким образом? Я скажу вам что я сделал. Я однажды экспериментировал с этим, и я взял парня который пришел ко мне за головными болями.

ЗА головными болями! Что такое это "за"?

Но это не были головные боли; это было давление в голове и звон в ушах. Всё что я делал это поощрял этого человека к ухудшению, как эксперимент.

Ну, такие эксперименты проводить только с медицинской лицензией.

Я не делал ничего другого. Я сказал ему, что я хочу чтобы он взял контроль над этим и способ сделать это — быть способным сделать это более серьёзным.

Ну, т.е. первое внушение вовсе не прямолинейно ухудшить симптом. Нет. Первое внушение есть серия ресурсных процессуальных инструкций :

--чтобы он взял контроль над этим
--способ сделать это
--быть способным сделать это более серьёзным - здесь важны английские синонимы к слову "(быть/делать нечто более) серьёзным

Э.: Это правильно.
Х.: Я проводил всё время. Я ни единого раза не предлагал [внушал] что станет лучше, и мужчине постепенно становилось всё лучше и лучше.

Это просто нечестно со стороны Э. в адрес Хейли. Он, просто держит Х. за идиота. Э. УЖЕ/ВСЕ-ТАКИ СДЕЛАЛ ПРЯМОЕ РЕСУРСНОЕ ВНУШЕНИЕ СУБЪЕКТУ !!!!

Э.: Ну конечно. (Смех)
Х.: Сейчас, это точка зрения которая не общепринята в психиатрии.

Боже мой, как же Хейли надоел к тому времени Э., чтобы он так небрежно с ним вел свои диалоги! С другой стороны, на мировой уровень Э. вывели публикации именно Хейли. С третьей стороны, вот сайт мистера Х., не знаю жив ли он сейчас или нет:

Jay Haley is widely acclaimed as a pioneering therapist and master teacher. One of the founders of family therapy, his prolific work influenced generations of therapists. He is the author of 21 books on many aspects of therapy. He holds degrees from the University of California in Los Angeles, Berkeley, and Stanford University.
Jay Haley on Therapy Image of Jay HaleyHaley has served as Professor at the University of Maryland, Howard University, the University of Pennsylvania and Alliant International University. Jay Haley passed away in 2007. He was Director of Family Therapy Research at the Philadelphia Child Guidance Clinic and Co-Founder of the Family Therapy Institute of Washington, D.C.
http://www.jay-haley-on-therapy.com/index.html

До глубин этого сайта я не лазил, но на его поверхности мистер Хейли является таким эээ автономным разработчиком и генератором идей в психотерапии.

Коммуникация довольно быстро стала последовательно-параллельной, переплетением-расплетением нескольких постоянных тем.

Ведущий дискуссию с нашей стороны подчеркнул тот факт (до этого были только зачетные, но намеки), что он спорит от лица некоей русской "школы"/группы авторских моделистов. Ну, т.е. он получает подсказки в некоторых своих ответах от лица "старших товарищей".

Затем ему - ДГ - были даны ссылки на мои с Иннитой публикации для Фонда Э. Юбилейный доклад "Углубляясь, раздвигая границы, выходя за пределы, существуя всегда", - вызвал у него восторг и поток эээ славословий в максимально категоричных степенях превосходства в восхвалениях.

А в параллельной линии тем он учил нас моделированию, - мы читали главы Шепчущих на ветру и отписывали ему комментарии. И вот, после серии сравнительно мирных комментариев с нашей стороны мы вдруг напали на него/на его концепцию ограничения возможностей кодификации невербального (пример с танцовщицей).

И мы загнали ему этот чистовой текст морфологического/циклического кодифицирования невербальных процессов с начальным/защитным рефреймингом: "все живые существа на этом свете совершают повторяющиеся/циклические движения - от бациллы с хвостиком до кита в океане" :) Это и есть основа для уверенного кодифицирования невербальных паттернов! (- на "другом моделировании" первое изложение этой модели взято прямо из переписки). И т.д.

В итоге, получилось очень смешно. Одна его реплика превозносящая нас на уровень гениев моделирования, соседствует с другой о том, что всю эту вещь про морфо/циклическое моделирование ОН ПРОСТО НЕ ПРОЧИТАЛ, НАСТОЛЬКО ОНА ПЛОХА! :) И поэтому он просит главного переписчика бросить все эти грязные дела с русской школой моделирования и прибыть к нему на семинар в Турцию, на котором он все ему растолкует. :)

Переписчик не выразил немедленного отречения от русской школы моделирования и желания отправляться в Турцию. И коммуникационный "портал" закрылся :)

А открылся он на реплику переписчика на форуме, что он знает как моделировать Бейтсона. На что ДГ вдруг ответит, ну а он типа не знает. Давай типа обсудим этот вопрос в привате. И т.д.